Тебе кажется, что ты взрослеешь постепенно, но, черт возьми, однажды это хлестнет тебя как ветка в лесу, отпущенная впереди идущим.

У Чонгука достаточно причин, чтобы любить свою работу. И вот появилась еще одна, чертовски красивая, хоть и со своими тараканами, и эта самая "причина" прямо сейчас перед ним полуголая и манящая. Явно с огнем играет. Или история о том, как маленькая шалость может перерасти в настоящий пожар.

отец шестнадцатилетнего чонгука — генерал минобороны, но похотливого тэхёна это никак не останавливает.

тэхён всё ещё похотливый, а отец чонгука всё ещё хуй согласен с этим мириться. продолжение к «беги, папочка».

Он надвигался на них, окруженный бесчисленной армией, которая расползалась вокруг города саранчой, не оставляя пути для побега. На копья передней линии войск были насажены человеческие головы, пустые глазницы которых преследовали выживших во снах. Только никто из тех, на кого он обрушался, не выживал. Гук+Юн=Гукюн.

Чонгук был обычным конюхом состоятельной семьи. Он находился среди сена и грязи и имел ценность, сопоставимую со старой кобылой. Тэхён Равель был молодым графом, окружённым лоском и запахом долларовых банкнот, и считался чуть ли не хозяином Чонгука.

– Я ждал десять лет, – произнес Чон, его взгляд не отрывался от Тэхёна. – Надеюсь, ты принимаешь такой исход.

Borgata (в перев. с итл) — семья организованной преступности. Чонгук — глава огромного мафиозного клана, собравший вокруг себя сильных приближенных, где общие гены не имеют значения, ведь семья — люди, с которыми его связывают взаимное уважение, верность и намерение вознестись на самую вершину преступного мира.

— Вытряс бы, да? — Чонгук толкнулся языком в щеку, вызывающе глядя на Тэхёна. — А может, вытрахаешь, м? Как насчет того, чтобы нагнуть меня прямо на этом капоте, — качнув головой в сторону черного внедорожника, на котором Тэхён за ним приехал. — Хватит силенок оттрахать меня как следует, а? Так, чтобы я хныкал и клялся, что стану послушным мальчиком? Или любовник из тебя такой же посредственный, как и телохранитель?

— Вы и романтик, и извращенец, — говорит Тэхён, оценив Чонгука взглядом. — Но больше второе.

Пальцы онемели от напряжения. Тэхен вышел вперед и встал точно перед клеткой с доберманом. Взгляд, который он на себе почувствовал, пронизывал до самых костей. По хребту словно пустили высоковольтный разряд. Внутренности от такого напряжения должны были сгореть. На железной табличке сверху клетки белым маркером неаккуратно написано два слога. С губ Тэхена тихо слетело: — Чон-гук.