Калифорния, 1986. Майк приезжает на весенние каникулы и с удивлением обнаруживает, что его место рядом с Уиллом уже занято: Ричи Тозиер — громкий, дерзкий и пугающе похожий на него. Ревность, которую Майк не ожидал почувствовать, заставляет его впервые честно взглянуть на свои чувства и понять, что Уилл значит для него куда больше, чем просто лучший друг.

В Хоукинсе зима, и Майк с Уиллом больше не общаются. Живя в доме Майка, Уилл старается быть незаметным, проводя большую часть времени в подвале. Затем отключается электричество, и, если и есть что-то, чего Уилл боится больше, чем столкновения с Майком, так это холод. || Или: Семь ночей, в течение которых Майку и Уиллу приходится спать в одной комнате и постели, хотя их уже едва ли можно назвать друзьями.

В Хоукинсе зима, и Майк с Уиллом больше не общаются, несмотря на то, что живут под одной крышей. Уилл избегает его, проводя большую часть времени в подвале, и Майк еще никогда не чувствовал себя настолько одиноким. Затем отключается электричество, и Майк отчаянно хочет понять, что пошло не так и что же значит эта чёртова картина. || Или: Семь ночей, в течение которых Майку и Уиллу приходится спать в одной комнате и постели, хотя их уже едва ли можно назвать друзьями.

Лифт тронулся и Стив почувствовал, как весь его мир сжался до этого маленького пространства. Воздух стал густой, между ними летали такие искры. Дежавю... Он вспомнил, как когда-то давно, в другой жизни, так же искрило между ним и Джонатаном. Байерсы умели это — переворачивать мир вверх дном, заставляя забывать о правилах. «Братья есть братья», — промелькнуло в голове, но Стив тут же отогнал эту мысль.

Майку очень хочется трахнуть отца своего друга.

Майкл готов грызть асфальт зубами. Он, черт возьми, сходит с ума абсолютно каждый раз, когда видит своего «лучшего друга» в таких же «дружеских» объятиях Робин. Или С Векной покончено, а масштабы проблем Уиллера будто и не уменьшились. Майк — ревнивый идиот, Уилл очень старается дружить и, откровенно говоря, долбится в глаза, а Робин, мать его, купидон.

Прошло столько времени, Майкл уже пару лет как женат, весьма успешен в карьере, но зияющая дыра в его сердце все еще неустанно ноет. Привычный ритм жизни добропорядочного мужа нарушается, когда особенный друг возвращается в город.

Прошло несколько лет после окончания событий в Хоукинсе. Уилл строит жизнь в Нью-Йорке с парнем, похожим на того Майка, каким он должен был быть. Майк, застрявший в прошлом, медленно разрушается от тоски и ревности. Одна фотография, один звонок и одна отчаянная попытка всё оборвать становятся точкой невозврата. Это история о любви, ставшей болезнью, о собственничестве, которое маскируется под страсть, и о двух людях, которые предпочитают сгореть вместе, чем жить врозь. Здесь нет здоровых решений

Майк Уилер начинает выпускной класс в школе Хоукинса, совершенно потеряв ориентиры. У него нет целей на будущее, зато есть девушка, которую, как он знает, он никогда не сможет полюбить, и друзья с грандиозными планами, в которые он не вписывается. Но когда Уилл Байерс — его бывшая нянька и детская влюбленность — возвращается домой после колледжа, чтобы преподавать искусство и гуманитарные науки в Хоукинсе, Майку приходится столкнуться с правдой о себе, которую он так старался игнорировать.

Уилл возвращается в Хоукинс после года тишины — года, в котором Майк перестал писать. Слишком много невысказанного, слишком много взглядов, в которых прячется прошлое, и слишком привычная близость, будто разлуки и не было. Но, хочет ли этого Уилл? Он дал себе обещание повзрослеть и оставить горящие внутри него чувства. Но что ему делать с тем странным парнем, что читает его как открытую книгу?

Относительно спокойный мир Майка Уилера в одночасье переворачивается с ног на голову, а давно выстроенные отношения с лучшим другом начинают идти под откос. На такое не закрывают глаза, а пытаются разобраться. Вот Майк и разбирается.

Он выглядит совсем юно, хотя у них едва ли год разницы, просто время не оставило на нем такой огромный отпечаток: щеки мягкие, кожа чистая, насколько может быть у подростка, здорового цвета, даже румяная. На него невозможно не смотреть, но чем дольше Майк смотрит, тем больше хочет наконец обнять своего Уилла, другого. Он начинает от страха сомневаться в своём решении переместиться сюда.

Неважно, как Майк смотрит, неважно, как себя ведет и что говорит. Неважно, на что Уиллу так сильно хочется надеяться. Реальность, хочет он того или нет, не может не напоминать ему, где чье место.

Зачем Аргайлу такой большой фургон?

Что случится, если оставить двух безнадёжно влюблённых друг в друга людей в метель посреди заснеженной трассы в канун Рождества? Когда двигатель заглох, температура в салоне стремительно падает, а согреться можно только бутылкой вина и теплом друг друга.

Неожиданная, почти случайная поездка в Хоукинс спустя много лет обернется для Уилла тем еще испытанием, и дело не в Изнанке. Майк, который должен быть в Чикаго со своей женой и работой редактора в издательстве, почему-то живёт в их родном городке один, работает учителем, и никто из партии не в курсе, что так сильно изменилось в его жизни за те четыре месяца, что они не виделись. Объясняясь, Майк расскажет не только про измену и развод, но и про свою первую любовь. И это перевернет все.

— У нас есть план, — как бы между прочим заявляет Робин. Уилл выпрямляется, всем своим видом выражая удивление. — Какой план? — План, — повторяет она слишком небрежно, как будто они обсуждают ремонт или решают, что приготовить на ужин. — План, как заставить Майка переспать с тобой. Или Майк Уилер имеет привычку ходить по их с Уиллом комнате в общежитии в одном полотенце. Маленьком. Даже слишком. И это сводит Уилла с ума. Робин и Вики берут дело в свои руки.

Уилл не знал, где они оказались, но он увидел своих друзей: Майка, Лукаса и Дастина. Хотя больше всего его привлёк стол. Днд. Они играли в днд. Лукас кинул кубик. Выпала 20. Ребята радостно закричали и начали прыгать, обнимаясь. — Они не хотели играть с тобой. Но как видишь, теперь, когда тебя рядом нет, они играют. Без тебя. Уилл зажмурился и отвернулся, не желая смотреть. — Это неправда! Это всё иллюзия! — Нет, Уилл. Это правда. Жестокая правда.

Последний год учёбы. Уиллу уже почти 17, события, связанные с сумрачным монстром уже давно закончились, но кто сказал, что сам монстр отпустил его? Баерса продолжают мучить видения, но в какой-то момент они резко изменяются. Теперь он не видит страшную бурю, сметающую всё на своём пути. Теперь он видит Майка... И что, чёрт возьми, ему с этим делать?

Майк не подозревал о своей влюбленности, пока на горизонте не появился соперник. Как ему принять ориентацию и удержать рядом Уилла, возле которого постоянно крутится Чэнс?