Когда Джеймс был в больнице, он не позвал свою маму. Рассказ о дежурствах у постели больного. (Сиквел к фф «Скованные»)

– Ты ещё не брала в руки книгу прорицаний? – он искоса взглянул на неё. – Ах да, ты ведь не веришь в прорицания. Что ж, позволь мне сообщить тебе, что магии не очень нравится, когда войны охватывают поколения. Это одна из её многочисленных особенностей. Поэтому она вмешивается, в какой-то момент после того, как они достигнут совершеннолетия, связывая воедино два «продукта войны, обречённых на противостояние» или что-то в этом роде.

Война длится третий год. Гермиона Грейнджер попадает в плен после неудачной миссии, наивно полагая, что единственное, ожидающее её дальше - это старая добрая гуманная смерть. Но она не знает, что у Волдеморта приготовлена для неё особая роль в его игре, в которой не победить, если не пойти на сделку с совестью и собственными принципами. Особенно, когда вторым игроком становится тот, кто выигрывает всегда, даже если играют грязно.

Народ с энтузиазмом обсуждал новый повод для сплетен. Новый повод для его унижения и падения на самое дно, во всех смыслах этого слова.

Гермиона втянула ртом воздух и открыла крышку унитаза, кашляя. Розовые лепестки усеяли белый ободок, и, если бы не приступ боли в грудной клетке, она наверняка бы в очередной раз поразилась. Нежно-розовый цвет, серьёзно? Он в последнюю очередь ассоциировался у неё с ним. Ей казалось, что она должна откашливать что-то вроде генлисеи — это бы идеально ему подошло. Никакой нежности.

Драко и Гермиона даже не подозревали, как приятно может оказаться сидеть под одним зонтиком на дождливом матче Гриффиндор-Слизерин...

Гермиона Грейнджер не совершает ошибок, по крайней мере, нечасто. Совершив самую большую, глупую и ужасную ошибку в своей жизни, она должна разобраться с последствиями, сохраняя при этом строго профессиональные отношения со своим партнером-аврором Драко Малфоем. У него, конечно, другие планы.

Гермиона не хотела детей. Она даже разрушила отношения с Роном из-за нежелания становиться женой и матерью в ее-то годы. У нее же вся жизнь впереди. Все успеется... Ага, как же! Итак, ей 24, она молодая, независимая и очень самостоятельная — ей это нравится... Ну и немного беременная... — вот это ей совсем не нравится!

— Там холодно, — уточнила профессор. Да… В Дурмстранге холодно даже в конце августа…

>Он поделится с ней всем. Даже воздухом, настолько, чтобы он стал общим.

Гермиона аврор, приставленная к Драко Малфою, чтобы охранять его, пока он пытается умереть.

Сайд стори к https://ficbook.net/readfic/9934725

Знаешь ли ты, что существует поверье о кровавой луне? Древние верили, что небесный дракон поедает светило, заливая некогда чистое, непорочное сияние алой кровью. Это явление настолько редкое и так восхитительно прекрасно в своей жути — что, увидев раз, забыть не сможешь никогда. Кто же ты такая — луна, обагренная кровью? Бедная, бедная луна — кем бы ты ни была — разве ты виновата в том, что дракон возжелал тебя? Жаль, что он не умеет созидать, любя — только уничтожать, разрушая... Очень жаль…

Гермиона разрывается между магическим и маггловским мирами, как медицинский исследователь и целитель, находящийся на пороге большого открытия. Драко — аврор, которому поручено защищать её от всевозможных неизвестных сил — к их обоюдному неудовольствию. Здесь вы столкнётесь с гиперкомпетентной, вспыльчивой Гермионой и вальяжным (читать: ленивым), но всё ещё опасным аврором Драко. Это слоубёрн 🔥

На мгновение виснет давящее, будто под прессом, молчание, когда их взгляды встречаются. Она даже не уверена, смотрит ли он ей в глаза. Зрение до ужаса подводит в столь нужную минуту. Она опускает глаза на его плечо, на разодранную ткань рубахи, перепачканную кровью и ещё чем-то… У Гермионы крошится где-то внутри. Корсет рёбер ли или же высохшее от отлившей крови сердце. Она смотрит не на кровь на плече. Она смотрит расплывчато на вытянутую голову вытатуированного дракона.

У них не роман. У них выживание, месть, психологические травмы и странное желание держаться за руки. После магического срыва Гермиона попадает на “исправительные работы” с командой психически нестабильных, но чертовски харизматичных отщепенцев. В программе: – Симус Финниган: все еще взрывает. Не только еду. – Теодор Нотт: не замолкает. Никогда. – Пэнси Паркинсон: язвит и лечит. Иногда одновременно. – Драко Малфой: орет, выходит из себя, но все равно бежит за ней в лес.

— Я, конечно, не знаю, как принято у Гриффиндорцев, но у нормальных людей, если девушка с порога залезает тебе на колени, а через пару минут садится на лицо, то в конце она хотя бы поблагодарит за вечер или узнает планы на завтра. — Малфой сложил руки на груди и смотрел на неё немного свысока. — А я даже не успел спросить тебя, как прошёл день, Грейнджер.

После войны Гермиона сделала всё правильно: вернулась в школу, стала целителем и исследователем, вышла замуж за Рона. Но кошмары не отпускают, а брак разваливается. С каждым днём она всё больше теряет себя в жизни, которую не выбирала. В попытке спасти отношения и доказать, что она всё ещё желанна, Гермиона идёт с Тео в закрытый клуб. Там она сталкивается не только со своими подавленными желаниями, но и с тем, кем она хочет быть на самом деле.