Но от меня уже ничего не осталось. Ни костей. Ни души. Ничего. Но только если бы я мог вернуться. С ужасом, перед тьмой, я кое-что понимаю. Я. Хочу. Вернуться. ____________________________ Или история о том, как Эдди всё же возвращается обратно, но немного не человеком, и донимает своего теперь реально big боя.

он разворачивается, и эдди провожает удаляющийся в ночь силуэт. на губах остается слабый вкус мятной жвачки и крови. он ни о чем не жалеет.

И сейчас Эдди было труднее всего поверить в происходящее в эту самую, блять, секунду. Ибо в эту секунду именитый король школы Хоукинса — Стив Харрингтон — чуть ли не хныкал под ним, как грёбаный котёнок. Эдди никогда не считал себя счастливчиком, но когда Стив схватил ворот его кофты и притянул к себе, с обещанием вырисовыв «в следующий раз» на его губах языком, он решил, что удача всё же повернулась к нему лицом.

Кажется, что Билли и Эдди не способны уживаться под одной крышей. Они выкручивают друг другу яйца по любому поводу, а Стив обдумывает план по их примирению. Однако, парни находят общий язык только тогда, когда затевают что-то плохое.

Несовместимы, отделены судьбой. Без мысли, что их линии жизни переплетутся в нечто столь прекрасное. Невозможность осознать силу притяжения и мысль о потере только что найденной той самой недостающей частички себя. Эта история из другой реальности, будто бы сновидение без ужасов, что случились с городом Хоукинс. Без потерь и опасности, подстерегающей на каждом углу. Эта история начинается со спрятанной истины.

Стив и Эдди замечательно проводят время в трейлере Мансона. Харрингтон нарядился в женскую юбку, он никогда не представлял что ему пойдёт, а вот Эдди представлял. Просто представлял Стива в юбке. Веселье прерывается незваным гостем и сразу же улетучивается.

Когда Эдди впервые узнает о наклонности Харгроува, то не может сдержать искреннего потрясения, тотчас возникшего у него на лице, — неужели это правда?

— Хей, не знаю как там тебя, но перестань пялиться на меня как педик. Знаешь, не всем такое нравится. Или ты местная груша для битья? Джонатан напрягся всем телом стараясь унять волнение внизу живота. Алло, Байерс, тебя только что назвали педиком на глазах у всего класса, не время для гейской паники.

Что было бы, если бы Эдди Мансон выжил, а после встретил Уилла Байерса в раздираемом трещинами Хоукинсе? Оба обожают «Подземелья и драконы». Оба – не такие, как все. Оба рисуют. Оба предпочитают парней. Их встреча, начавшаяся с драки за несправедливость, продолжится в святая святых – за игровым столом клуба «Адского пламени». Там они откроют не только новые миры, но и себя в них – смелых, желанных и способных зажигать свет даже в самой глубокой тьме.

— Кровь? — снова говорит Эдди. Его глаза совершенно чёрные, если не считать узкой полоски радужного белого в центре. Его зубы острые, его руки — настоящее оружие, и Стив думает, что, возможно, совершил ошибку, сделав это, не предупредив Эдди. Взгляд Эдди опускается, переходит на его левую руку, которая... О чёрт. С неё капает кровь на пол. — Дерьмо, — говорит Стив, делает единственный шаг назад, сглатывает. — Эдди, прости, прости, блять.

Уилл пропал. Джонатан мучается от чувства вины, но тут на похоронах он знакомится с тем самым «красавчиком новеньким» и понимает, что они похожи даже слишком сильно, чем хотелось бы.

Дастин Хендерсон никогда не имел в своей жизни того самого родителя, который мог научить его быть мужчиной. Дастин Хендерсон никогда бы не хотел иметь в своей жизни двух ревнующих подростков, которых и самих бы было неплохо воспитать, как детей малых. И Дастин совсем не хотел знать, что делают Стив и Эдди друг с другом в те моменты, когда он не может лицезреть их борьбу за место "папочки".

- привет, я зомби по имени Билли.. И меня пару дней как убили

– Я знаю, что ты не самый скептичный мальчик, Стиви, – да быть не может… – Но я не знал, куда могу пойти! – это сон… – Поэтому пришёл к тебе… И ты не закрыл окно, ты в курсе? – нет, это даже не сон, это галлюцинация. – И вообще, милая комната у тебя, Харрингтон. Но сейчас не это важнее! – вы шутите. – Я пытаюсь сказать! Что я очень надеюсь на твоё… благоразумие? – пора ложится в клинику. – Поэтому не ори.

Уильям Харгроув всегда думал, что бессмертие это бесконечные благодать и вседозволенность. Но жизнь быстро расставила всё по своим местам, и молодой амбициозный вампир оказался в маленьком затхлом городишке.

"У парней, у каждого своя печаль. У Лукаса – Макс, у Майка, Уилла и Эл черти что вообще, Нэнси с головой ушла в работу, а Джонатан с новым дружком вмазанные каждый божий день, да и не то чтобы мы близки. Никому, блять, нет дела до Эдди..." – Дастин