Я снова пришёл навестить тебя, Джиюн.

Сексуальное давление превысило мыслимые границы, сопротивление бесполезно.

– Неужели у верховного эпистата нет собственной купальни, и он вынужден мыться со всеми? – Купальни для вас расположены дальше по коридору и уровнем ниже. Это же моя.

У Эвы всегда был слишком длинный язык, за который она рано или поздно должна была поплатиться.

— Ты жива, потому что я смотрю в другую сторону. Потому что я выбираю смотреть в другую сторону. Ты засыпать и просыпаться должна лишь с одним чувством — благодарностью за жизнь.

— Я не могу больше. Не могу. Хватит с меня. — На еле сгибающихся ногах мужчина поднялся, держа любовь всей своей жизни на руках. — Я бросил тебя один раз. Во второй раз не брошу. — Приняв решение на ходу, он пошел в сторону озера. Ледяная вода неприятно обжигала и без того замерзшее тело, но Амен уже этого не чувствовал. Он шел все дальше, шаг за шагом, пока вода наконец не приняла и его, и Эвтиду в свои холодные объятия. Он был рад лишь одному. Он успел сказать ей, что любит ее.

Эва подозревала, что её ремесло в кругу охотников приведёт только к неприятностям, но не ожидала, что неприятности будут… такими.

Сон за явь принять нетрудно, когда желания в нем неозвученные сбываются. Отрицание следом приходит за осознанием, что влюблен.

Но теперь, абсолютно точно, брюнетка знала — её относительному спокойствию пришёл конец вместе с появлением Ксандра здесь, а он, в свою очередь, только рад его потревожить.