Илья уезжает на чемпионат мира в полном смятении, оставив дома в Америке Мишу, не зная чего ожидать от самого себя, но одно зная точно: он посвятит Шайдорову этот прокат /// AU, где Миша писатель-художник с прошлым в фигурном катании, с плохо работающей правой рукой, но это совсем ему не мешает жить, разве что немного.

— Хоть увидишь Америку не по видеосвязи, — все настаивал Илья, стоя на светофоре в ожидании зелёного сигнала, — Когда ещё у тебя будет такой шанс? — Например, на одном из этапов Гран-при? — усмехнулся Миша, зачесав назад упавшие на лоб волосы, — Или на Чемпионате четырех континентов. Выбирай, что нравится больше. — Когда ты не споришь с каждым моим словом, — хмыкнул Илья, — И не скрываешь свои травмы. — Я не скрываю свои травмы. — И снова споришь с каждым моим словом.

Было поздно. Тренировка затянулась. Остались только они двое — Миша и Илья. Оба не хотели уходить первыми, но и не хотели оставаться рядом. Такая тишина, натянутая, как струна. Лёд уже начали заливать, свет в зале выключался по секциям. Миша снял коньки и бросил в сумку. Он слышал, как Илья с другой стороны раздевалки тоже расстёгивал куртку, как будто нарочно слишком громко. И вдруг — щелчок. Замок. Дверь. — Что за… — Миша шагнул к двери, дёрнул ручку.

После игры все разошлись по своим комнатам, но Михаил и Илья остались в холле, молча двигаясь к лифту. Тот странный момент, который случился между ними, не покидал их мыслей. Илья молчал, но в его взгляде была какая-то неуверенность, с которой он не знал, что делать.

AU, где Илья и Миша иногородние студенты в Москве, а их планам на серьёзные разговоры мешает такая неприятная вещь, как воспалившиеся гланды одного неудачника по фамилии Малинин.

Миша Шайдоров из Казахстана и Илья Малинин — конкуренты на льду и соседи по лагерю в Калифорнии. Они терпеть друг друга не могут. Но после того, как Мишу пытается подловить подозрительный тип с татуировкой дракона, Илья вступается. Так начинается их «правило десяти минут» — каждый вечер сидеть в гостиной и молчать. Соперничество перетекает в неловкую дружбу. А потом появляется общий враг.

После долгого соревновательного дня хочется только одного — расслабиться. Несколько фигуристов решают вместе провести вечер в сауне, чтобы хоть на пару часов забыть о медалях, протоколах и напряжении льда. Среди них — Михаил и Илья. Они не договаривались оставаться последними. Просто так вышло. Пар сгущается, разговоры становятся короче, взгляды — длиннее. Там, где слова уже теряют значение, возникает тонкое, почти неуловимое напряжение. А может, наоборот — всё было неизбежно с самого начала?

Я видел, как он смеётся с ней. Как наклоняется ближе, что-то говорит, отчего она заливается смехом. Как касается её запястья, поправляя браслет. Мелочь. Глупость. Но я не мог отвести глаз.

Илья нашел его, даже не искав, или как судьба распоряжается с родственными душами.

Что-то во всём концепте Ильи Малинина неуловимо раздражало, вполне возможно, что его патологическая неспособность следовать хоть какой-либо разумной субординации. Михаилу с его коллекцией строгих, выглаженных рубашек и галстуков в цвет, не казалось приемлемым, что по светочи знаний спокойно мог разгуливать человек в застиранных трениках, слава богам, что не растянутых на коленках, и дутой олимпийке. Или AU, где Илья — физрук, Миша — историк, и про них можно написать от врагов к любовникам.

Он капитан, и родина его — Марсель, Он обожает ссоры, шумы, драки, Он курит трубку, пьёт крепчайший эль И любит юношу из Нагасаки. // малидоровы au, в которой Илья — капитан американского торгового судна в эпоху золотой лихорадки, а Миша — бывший подданный Российской империи, осевший в далёкой Японии и танцующий джигу в портовых кабаках.

Он не знал, что было хуже: когда связь вообще никак не проявлялась или когда она напоминала о себе слишком часто. Второй расклад был мучителен и нес за собой слишком много дерьма, но первый тоже изматывал вечным ожиданием и… Пустотой что ли. Отсутствием ответа на вопрос: «а у меня хоть кто-то есть?»

Травма заставила Мишу Шайдорова покинуть сборную и отойти в тень: теперь он воспитывает маленьких фигуристов и молча наблюдает за тем, как Илья Малинин покоряет новые вершины. Всё, что было между ними на Олимпиаде, оказалось похороненным под толщей льда и нескольких лет молчания. Но появление одной маленькой ученицы, идущей с Ильей за руку, заставляет их миры столкнуться снова. Сможет ли Миша продолжать бегать от того, кого так и не смог забыть?

Проезжая мимо борта, разделяющего трибуны и каток, фигуристы раздавали автографы и принимали подарки. Кто-то дарил своему фавориту цветы, кто-то игрушки, а кто-то вручил Илье небольшую красную картонную коробочку, перевязанную белой лентой и завязанную в бант.

Каскад за каскадом — Илья выкатывает один прыжок за другим, лёд уже кажется огнём под коньками. Усталость тянет вниз, но взгляд всё равно ищет его. Того парня. Он скользит по льду так, будто сам стал частью музыки — каждое движение точное, простое и в то же время завораживающее. И вдруг — взгляд. Мгновение, и тот парень поворачивает голову, встречаясь с Ильей глазами. На льду становится тише. Всё вокруг — гул арены, холод, даже биение сердца — замирает.

От себя не убежишь. Илья чувствует, что его разрывает от смеси чувств, от любви и от желания пропасть насовсем. Кажется: так будет лучше всем и сразу. И ему не будет страшно, и он не будет мешать своей глупостью другим людям. / Илья пытается разобраться в себе и понять, как справляться с самим собой и с миром вокруг, но Илье необязательно это делать одному.

Илья затормозил у бортика, чтобы наконец проверить телефон, потому что ну написал же ему Шайдоров, да?

— Да откуда я мог знать, что это не какая-то премиум подписка на дружбу с тобой? У вас же там столько этапов! Знакомый, дружбан, дружбан для тусовок, дружбан с привилегиями, дружбан для свиданий, уже не дружбан, но и не… Мне откуда знать, в какую категорию я попал?! [Так Илья понял, какие же, сука, размытые понятия о концепции дружбы в голове Миши.]

Это история о том, как одна минута на льду может разрушить всё, что строилось годами. И о том, как одна секунда за его пределами может подарить нечто большее, чем олимпийское золото. Милан. Олимпийские игры 2026. Арена «Медиоланум Форум» затаила дыхание — на лёд выходит Илья Малинин. Тот, кого называли «квад-королём». Тот, кто превратил фигурное катание в битву с гравитацией. Три чемпионата мира, рекордные прыжки, миллионы болельщиков по всему миру — всё это вело к одному: олимпийской короне

– О, wow. Это... как ты так? Твоя нога, она там, где моя голова никогда не будет. Извини, я не хочу быть странным. Миша поднял голову. На него смотрел Илья Малинин.