Он положил на стол записку: "Трахнуть нельзя уволить". И сказал: "Запятую поставь сам".

То, чего не хватало. И то, чем следовало заполнить.

- Здравствуйте, это секс по телефону? - (шепотом) да ... -А почему шепотом? - Я на паре. Не смогла не вставить свои пять копеек в эту заявку. На супер оригинальность не претендую, но надеюсь понравится.

Из-за приоткрытой двери так и несло густым ароматом разгоряченных альф, а в тот момент, когда Стив с ней поравнялся, до слуха еще и долетел слишком хорошо знакомый звук: громкий шлепок (будто бы ремнем вытянули по влажной коже). А уж последовавший за ним тихий глухой стон и вовсе ввинтился куда-то в самое нутро – туда, где было странное место, которое все определяли одинаково: «под ложечкой». Где она – эта самая ложечка – Стив понятия не имел, но точно знал: если уж под ней засосало, то всё.

Входя в кабинет Эдика подумал, что не зря. Харизматичный мужик этот психолог — рубашка белая к лицу, брюки бедра обтягивают соблазнительно, черты лица твердые, брутальные, глаза почти черные. Прямо в душу. А хотелось бы в трусы, конечно.

— У всех свой путь, мой мальчик. Если ты продашь свою девственность за пару тысяч баксов, я не буду тебя осуждать. Тело — всего лишь тело. Ты сдаешь его в аренду, когда устраиваешься на работу, за что получаешь баксы. Ты сдаешь себя и свое время, обмениваешь на деньги. То же самое и с сексом.

Влюбиться в гомофоба, можно ли совершить бОльшую глупость? Конечно! Например, спрятать шоколадку в его рюкзаке и тихо млеть от удивленной улыбки.

Уже неделю Нэнси сидел на строжайшей диете, состоящей из овощей, злаковых хлебцов и зеленого чая, пил по утрам воду с лимоном натощак и жевал льняные семена перед сном. А еще выполнял комплекс упражнений, который назывался «Топим твой зад!», делал адский массаж и успел даже немного похудеть, пока с ним не случился Филлер Грейсон. Наверное, самый вежливо-настойчивый альфа, который встречался Нэнси за всю его недолгую жизнь.

"Встретился с бывшим в супермаркете. Тот начал хвастаться своим новым парнем (он как раз подошел). Ну, я, не растерявшись, тоже начал хвастать достоинствами своего несуществующего бойфренда. По глупости ляпнул, что мы тут вместе, за покупками пришли. Под взглядом бывшего подошел к тележке, в которой, по моей скромной оценке, набор был явно мужским. И все бы хорошо, если бы в этот момент не подошел хозяин тележки. Весь такой высокий, брутальный. Одним словом - мачо! Ага, мачо..."

Петруша сморгнул. Сказочный золотоволосый полубог оказался рабом. Улыбался так, что у юного барина внизу живота потянуло так сладко и в глазах потемнело вдруг.

— Я слышал, что у вашего народа принято отдавать мальчиков, родившихся вторыми, другим мужчинам, словно девок. Это правда? — В благородных семьях действительно есть подобная традиция — выдавать младших сыновей замуж, чтобы избежать посягательств на наследство. — Любомил понимал, что его пытаются вывести из себя, поэтому отвечал, старательно сохраняя спокойствие и следя за выражением лица. — Раз у вас такие традиции, а ты второй сын в семье, значит, относиться я к тебе должен, как к девке?

— У тебя с психикой всё в порядке? — И кто у меня об этом спрашивает? — не остаюсь в долгу, и следующее предложение само спрыгивает с языка: — Пидор с цветной резинкой на голове?

Ну просто детский сад на выезде. Я сижу в душевой универа. Мой шестнадцатилетний альфа рыщет в поисках меня по тому же универу. Его брат, едет на спасение меня двадцатилетнего. Течка-это зло.

Утро. Похмелье. Странно, но голова почти не болела. Болел почему-то зад. Ник просунул руку между ног, чтобы пощупать, и тут же, вскрикнув, отдернул ее. Там кто-то был! И здоровенный член этого "кого-то", оснащенный крупными волосатыми яйцами, на которые ищущие пальцы омеги только что и наткнулись, оказался по самое «не хочу» засажен Нику в задницу. И не просто, зараза, засажен, а с узлом… И ведь не соскочишь, не сбежишь! Разве что под подушку голову сунуть и сказать себе, что «в домике».

- Хочешь, я тебе цветы подарю? - ТЫ ЗАЕБАЛ СО СВОИМИ ЦВЕТАМИ, КОНФЕТАМИ, ШОКОЛАДКАМИ! НЕТ БЫ ПРОСТО ВЗЯТЬ И ВЫЕБАТЬ!

Пришел в кино с девушкой, ушел с парнем...

Серега Зайцев — разгильдяй, хулиган, свой парень, взрослый ребенок, татуировщик... Кто угодно, но только не примерный студент. А еще он ненавидит прикладное творчество. Вот только чтобы сдать экзамен по скульптуре за прошлый курс, ему придется пройти факультатив гончарного дела. Стать «глиномесом». Придется постараться... Или испортить все — и влюбиться.