...Саске читал письмо, а слезы капали на бумагу, от которой еще пахло им - когда-то любимым, родным, близким.

Как же могло всё так обернуться? Да кто ж теперь знает...

-Саске, мне надоело! - заявил голубоглазый омега, вставая пред своим мужем. - Ты совсем перестал возвращаться. Мне надоели твои загулы, надоели твои интрижки! Я больше так не могу! - на последней фразе Наруто сорвался на слёзы, что ручейками потекли по щекам. -Не можешь, так уходи, - спокойно ответил альфа. - Подавай на развод и уходи.

«Судьба твоя предрешена, если ты считаешь, что она предрешена. Судьба твоя в твоих руках, если ты веришь, что ты её творец», – сказал мне тот, кто был со мной в строю. Как бы не так. Он ошибался.

У них нет ничего общего. Увлечения, предпочтения в одежде, в музыке, в книгах, в образе жизни - ничего не сходится. Одному хватило всего лишь встречи, чтобы влюбиться, другому пришлось пройти долгий путь и понять самого себя. Быть вместе всю жизнь - желание на двоих, которое должно было сбыться. Но лишь один из них знал, что названный срок слишком мимолетен.

«Меня зовут Узумаки Наруто! Я стану Хокаге... но буду до конца жизни гоняться за своим другом! Ах, да, знаете, Какаши-сенсей! Моя жизнь в погоне и оборвется!.. А можно погонять вашу повязку?»

Прощались там же, где неоднократно ругались – в коридоре, перед поворотом к логову Исполнителей и апартаментам Специалистов. Саске назначили дату совещания с Коллегией, и Наруто знал, что до этого дня он должен освободить Саске от своего существования.

— Моё тело — это храм целомудрия, я человек творчества! — манерно кричит и противится Наруто, одёргивая край свитера. — От целомудрия в этом «храме» не осталось и гвоздя. — Не уступает Учиха, покрывая поцелуями беззащитно подставленную шею. Наруто слишком поздно осознаёт свой стратегический просчёт. — Это ты вылюбил из меня последние крохи! — И я об этом очень сожалею, ладно? — без тени сожаления тянет Саске, забираясь под свитер с головой.

Наруто - чтец книг на радиостанции. Однажды ему попадается один рассказ...

Это его наказание. Он пьет боль каждую ночь, как и заслуживает, жадными глотками, не закрывая носа. Саске неосознанно трогает свою невидимую ранку, не давая ей зажить. Она затягивается тонкой пелёночкой за день, а потом ночью приходит Наруто и все по новой. Саске эмоционально кровоточит и знает, что это не остановить.

Удар. Стон. Крик. Снова. Удар. Стон. Крик. Снова. Удар. Стон. Крик. Снова. Удар. Стон. Крик. Бесконечно. Есть много способов, которыми один человек может уничтожить другого. Какой их них хуже?

Он не помнил, когда его нарисовали, но зато он помнил, как там было светло.

Саске не хочет быть омегой, Наруто не в силах ему помешать.

Перед предстоящей битвой с Итачи Саске решает снова навестить Наруто, ведь кто знает, будет ли такая возможность в аду.

Если бы только знал, что этот день станет последним, я бы сделал все по-другому. Сказал бы то, что умолчал и сделал так, как действительно хотел. Но жизнь… Она ведь не дает второго шанса, верно?