Быть официанткой в бордель-кафе – не самая лучшая доля. Куда уже печальней-то? Никто и не знал, что все настолько плачевно кончится. Ведь из официанток обычно не попадают в наложницы к озабоченным мразям.

Ланкмиллер протягивает руку, чтобы двумя пальцами взять меня за подбородок – это у него за приветствие. А я выхватываю взглядом синие прожилки вен под кожей. Бьющиеся, горячие, живые. Живой.

Я даже прикосновений его боюсь, но мне придётся уживаться с мыслью, что он теперь здесь, рядом, и что он каждым своим взглядом, каждым словом медленно и неотвратимо выжигает меня до костяного остова. А потом усмехается. «Тебе ведь _нужно_ это, ты и сама знаешь».

– Поражаюсь на тебя, Майер. Нормальные девушки котят бездомных с улицы таскают, а ты полезла в пруд за черепахой. Ты с ума меня сведёшь! Я сердечник!

– Вон я, – тыкаю пальцем себе в лоб куда-то, а потом безжалостно перевожу на него, – а вот нудный мужик, который меня пытает! Голос разума восстаёт против таких обвинений: он просто пытается сбитую коленку тебе обработать, нет в этом ничего "пытательного".

– Я не знал, что Аваланши так тщательно подходят к выбору парфюма на вечер, – насмешливо говорит Ланкмиллер. Видишь ли, дорогой, тут кое-какие Аваланши очень хотят, чтобы ты их трахнул, и запах ананаса совсем не кажется им для этого достаточно привлекательным. Но Аваланши совсем не желают себе в этом признаваться, поэтому огрызаются отрывисто и злобно.

- Пошли уже займёмся биологией. - Лучше сексом, пожалуйста, лучше сексом. - Что-что? - Да ничего, доставайте уже свой... учебник.

В твоём дневнике, дорогуша, много разных замечаний, но, на мой взгляд, не хватает одного: «Трахалась с учителем биологии в подсобке на большой перемене».

– Ты же киллер! Вот и прикончи этого таракана! Плачу любые деньги! – Возьму натурой.

Когда твой парень приболел и бредит, но всё равно упорно пытается тебя склеить – выходит всрато, но романтично. Ведь у вас любовь, мать её.

Я подключилась к зуму минута в минуту, и с монитора тут же агрессивно повеяло сексом. Громов выглядел задолбавшимся, как и большинство преподов на дистанционке, но всё ещё непростительно горячим.

Влюбиться в семнадцать кажется абсолютно нормальным. А что, если твоя первая любовь — твой сводный братишка?

— Ром, он что, правда существует?

Спустя века кровопролитных войн между людьми и оборотнями воцарился мир. Оливия Бейли не помнит тех времен, ведь она была ещё ребёнком, когда состоялась последняя битва, но всё, о чем она мечтает — стать охотницей. Вступить в первый отряд и охранять покой людей. Но так ли опасны оборотни на самом деле? И стоит ли доверять охотникам? Оливия сделает всё, чтобы найти ответы на свои вопросы. Главное — не свернуть с пути, если настоящим противником окажется тот, кто когда-то был на твоей стороне.

— А я смотрю на тебя с грустью, понимая, что слишком большая разница...

Что ты так смотришь? Да, я сказала маме, что ты священник. Не признаваться же мне, что ты хренов наёмный киллер! Да и к тому же она набожная. Знакомство должно пройти на ура!

— Ну что, Лапина, готова рискнуть?

Боги и валькирии остались в мифах и легендах. Здесь только скорость, азарт и адреналин.

У таких, как он, Истинных не бывает. У таких, как я, тоже. Через полгода я выхожу за него замуж.

— Тебе всегда было плевать на мое мнение.