Физиология каэнрийцев значительно отличается от всех остальных жителей Тейвата, и Дайнслейф готов наглядно показать, чем именно.

Кайя превращается в ребёнка. Дилюку приходится с этим справляться.

Дилюк — бармен в клубе, где проходят секс-вечеринки. Кайя на них ходит, и он — это что-то.

Кайя часто вёл себя как полный придурок, и Дилюк давно уже ничему не удивлялся. Но откровенно клеиться к Полуночному герою — это слишком даже для него.

Иногда Кайе кажется, что он захлебывается голосами в своей голове. Остаётся одно — научиться плавать.

— Ну давай, — прошептал Кайя, выгибаясь ещё сильнее, — вытащи его и… — Ты серьёзно собираешься заниматься этим верхом?.. — И трахни меня, Дилюк.

Дилюк не любит Кэйю. Дилюка бесит Кэйа. Дилюк ненавидит Кэйю. Хотелось заткнуть его, вечно улыбающегося и лгущего. . Он заткнул Кэйю. . Оно того стило?

Кэйя неважно себя чувствует после экспедиции на Драконий хребет, но всё же идёт работать

Сколько людей оставалось без родственной души? Кавех прикинул, что процентов пятнадцать всего населения планеты, причем главная причина подобного — несчастные случаи с летальным исходом. Он же единственный, от кого отказались, без каких-либо объяснений, без слов, без всего.

Аль-Хайтам говорит вообще не то, о чем думает. Кавеху об этом знать необязательно.

Вернуть должок бывает тяжелее, чем его занять. Купить ящик вина на деньги человека, которому должен и без того внушительную сумму - уже задел на интересную историю. Вот только чего Кавех не ожидал, так это то, насколько сильно алкоголь сможет изменить поведение Аль-Хайтама и как быстро он из серьезного человека превратится в того, кто основательно решит изъять долг немного нестандартным способом...

Последнее заседание мудрецов длилось почти тринадцать часов, Аль-Хайтам хочет просто наконец-то оказаться дома, а Кавех — дурак, который ничего не понимает (или понимает слишком много).

Аль-Хайтам разбирается во многих вещах, но отнюдь не в человеческих отношениях — ну, не в той их части, которая про выстраивание на основе симпатий. На самом деле, он даже не уверен, что способен чувствовать в этом направлении и в нужной мере, но факты — а аль-Хайтам привык опираться на них — таковы, что он всё-таки стоит перед Нилу и мнётся, пытаясь попросить совета, как... выказать симпатию Кавеху. Всё равно, что акт спектакля-фарса.

Через полчаса Аль-Хайтам вернётся домой, и Кави должен быть в полной боевой готовности к моменту, когда тот перешагнет порог. Да пошло оно всё. Проще и вовсе съехать, чем снова препираться с Аль-Хайтамом. Если начать собираться прямо сейчас, он успеет сложить кое-что из одежды и художественные принадлежности, хотя бы всё самое необходимое. Так? Так. Кави кивает сам себе, поднимаясь с дивана. | Кави случайно заканчивает звонок словами «Пока, люблю, целую!»

Аль-Хайтам смотрит и наблюдает, но делает неверные выводы. // или (почти) пять раз, когда аль-Хайтам неправильно трактовал поведение Кавеха

Взрослый Аль-Хайтам вздыхает: — Отправляйся домой, тебе здесь не место. — Но! — начинает протестовать младший, как… — Дорогой! — зовёт голос из-за дверей. — Я дома! Младший Аль-Хайтам хватает воздух ртом: — Ты вышел замуж?! Или пятнадцатилетний Аль-Хайтам оказывается в будущем.

Праздник Сабзеруз повторяется снова и снова, но только Аль-Хайтам вынужден помнить каждый прошедший день до тех пор, пока Академия будет изъявлять желание продолжить сбор снов. В конечном итоге он узнает кое-что о Кавехе и, возможно, о себе тоже. — Я всё время продолжаю возвращаться к тебе, — рассмеялся он, но прозвучало это слегка нервно. — Разве это не печально? — Печально? Кавех поддел траву носком ботинка. — Ты меня не любишь. И никогда не полюбишь.

Спустя три года странствий оказаться наконец дома и увидеть знакомые лица волнительно и приятно. Дилюк хочет сказать, что они с Кэйей очень скучали, но слова застревают в горле: Аделинда, до сих пор не произнёсшая ни единого слова, смотрит на них с каким-то ужасом.

Это влечение, управляемое инстинктом, самой его природой. Аль-Хайтам стремится к знаниям, ответам и секретам. Неизбежно, что кто-то вроде Кавеха, который по счастливой случайности является многообещающим источником всех этих вещей, разожжёт его интерес. Или десять открытий, которые узнаёт аль-Хайтам о своём чудаковатом старшекурснике, и убеждается, что их будет намного больше. Как сложилась история соседей аль-Хайтама и Кавеха, начиная с их студенческих дней в Сумерской Академии.

Иногда они развлекались… необычными способами. В Сумеру особые интересы в постели не порицались, но и не одобрялись, скорее, игнорировались и не выносились на общее обсуждение. Дело в том, что они с Хайтамом трахались. И не просто трахались, а жёстко наказывали друг друга, использовали ремни игрушки и верёвки — не сосчитать, сколько самых разнообразных приспособлений спрятано в глубинах их дома.