– Думаю, нам нужно купить себе звукоизоляцию, – объявляет вдруг Чанбин за ужином, заставляя Чана моментально подавиться тем, что он жевал, а Джисона прыснуть от смеха. – Думаю, ты охренел.

Жестких правил в таких квартирках было только четыре. Ничего противозаконного. Никакой наркоты. Все заказы через "ключника". Если что-то случилось - сразу звонить. Всё. А чем именно там занимались - никого не волновало. Главное, чтобы никто не искал себе приключений самостоятельно.

Минхо просыпается от того, что Чан и Джисон готовят вафли, и решает прервать их.

Он надвигался на них, окруженный бесчисленной армией, которая расползалась вокруг города саранчой, не оставляя пути для побега. На копья передней линии войск были насажены человеческие головы, пустые глазницы которых преследовали выживших во снах. Только никто из тех, на кого он обрушался, не выживал. Гук+Юн=Гукюн.

Поцелуй в щеку, в висок, в лоб, поглаживание по волосам. Чан судорожно выдыхает сквозь сжатые зубы и складки на его лбу чуть разглаживаются. Минхо продолжает гладить его по голове. Он не может заставить все плохие сны Чана исчезнуть, но может попытаться его успокоить хоть немного, чтобы сохранить эти драгоценные минуты отдыха.

Сынмин сначала совсем осторожно трется носом о чанову шею, будто просто просит уделить ему немного внимания, и совсем не смотрит в экран телевизора. Чан воспринимает это, наверное, как приставания надоедливого щенка

помните аутфит лисы из LILI's Film #3? ну так вот...бан чан в этом. сынчанов и нижнего чана в массы кста

я люблю тебя, глупенький.

Чан всегда стремится к идеалу, что бы он ни делал всё получается, его характер и внешность тоже можно считать идеальными. Есть только одна вещь, которую он не в силах изменить. Он бета и нормальным омегам не интересен. А ведь он просто хочет любви. Ли Минхо совсем не похож на нормальную омегу, и плевать он хотел на то, кем является этот милый парень, альфой или бетой.

Минхо точно так же нравится Чан. Абсолютно любой Чан, с любыми его желаниями и намерениями. Но больше Минхо сводит с ума то, каким еще Чан может быть только для него.

Чан находит секс-игрушку в студии. И он понятия не имеет, кому она может принадлежать.

Чаном хотелось дышать, его хотелось ч-у-в-с-т-в-о-в-а-т-ь, не только в груди, но и внутри...

Из чего-то обычного с виду может получиться что-то совершенно новое. Или просто история о том, как два человека с обычными запахами могут стать чем-то большим.

Чан опять начинает спокойно вести эфир, но что то опять идет не так.

Бан Чан и Хан Джисон - хорошие друзья. Очень хорошие друзья.

Просто Чан, Чанбин и вселенная кинков.

– Бинни, милый, нам нужно зайти внутрь... пожалуйста. – Бро, вам и правда стоит зайти внутрь, мы не собираемся смотреть на ваши голые задницы. – Просто признай уже, что у нас самые лучшие задницы в мире, Сони. или шумный Чан и возбужденный Чанбин после концерта.

— Никто из мемберов даже и не догадываеться, что делают их хёны до поздней ночи в студии, их догадки перекрывает тот факт что на виду они друг с другом не общаються от слова совсем, а значит работают над песнями. Но ведь как только эти двое остаются один на один...

— Чувак, эти стоны звучали так порнушно. Откуда ты их взял? — спрашивает Джисон, широко раскрыв глаза после прослушивания трека, который переделал Чан. — О, просто какой-то случайный аудиосайт. Я слегка отредактировал их, чтобы они подходили темпу. Как думаешь, они хорошо звучат в песне? — спрашивает Чан, его лицо слегка краснеет, когда он размышляет о том, откуда именно он взял звук стонов.

Джисона, конечно, учили в бизнес-школе, что время — деньги, и он это отлично по себе знал. Урок был усвоен давно. Но он готов был отдать все своё время (и деньги тоже) тому, кто в третий раз опоздал на рейс, бесстыдно выклянчил билет в бизнес-класс и почти что оставил Хана одного на Рождество. Но Джисон всё равно послушно топчется в зале среди таких же встречающих, мнет краешек дизайнерского пальто и продумывает наказание для своей детки, а заодно и подарок на праздник для себя.