Каково это - начать свою жизнь с чистого листа, не отпуская при этом отравляющих сознание воспоминаний? Убеждая себя день ото дня, что ты в этом мире лишь инструмент для свершения чьих бы то ни было поручений и просьб. Убеждая в безэмоциональности и отчужденности, при этом понимая, что с каждый днем лишь все больше погружаешься в собственную ложь. Остается только лишь ждать и верить, что однажды тебя позовут и, даже не догадываясь об этом, спасут от злого рока...

Сяо не любит вмешиваться, никогда не привязывается, смотрит издали и думает по-своему. Он далек от тех радостей и печалей, которыми живут люди.

Чужими слабыми местами можно и воспользоваться.

Всё случилось так быстро, Итэр не понял как он потерял сознание, а проснулся от того, что консерва кричала ему над самым ухом, он промычал от неудобства и боли во всём теле, стараясь подняться. Паймон громко вздрогнула, всеми силами поднимая своего друга.

...Сяо был надежной опорой населения Ли Юэ, вот только сами люди вызывали у него противоречивые чувства. Одно время адепт и вовсе старался избегать их, живя в полном уединении. Но это одиночество навевало на него тоску, в какой-то момент ему банально захотелось видеть тех, за кого он сражается. Хотя и в большинстве случаев это приносило лишь разочарования...

– Я не реву. – гордо заявляет он и вопреки собственным словам вновь срывается на судорожный всхлип. – Тебе показалось.. – Учись врать изящнее, – хмыкнув, в своей привычной задиристой манере бросает он и вдруг неожиданно резко меняется в поведении, спокойно, даже, кажется, участливо, повторяя вопрос. – Что случилось?

Итэр остановился на постоялом дворе "Ваншу", чтобы попрощаться с Адептом перед отъездом в Инадзуму. Но, кажется, нелюдимый Сяо не стремится разговаривать с путешественником.

Его Архонта больше нет. В Ли Юэ оставаться нет никакого смысла. Поэтому… Можно последовать за таким переменным ветром, отбросив собственные обязанности, в которых уже никто не нуждается.

— И как ты справился с этим беспокойством? — подобрав очень тактичное слово для описания проблемы, одними губами прошептал Итер. — Беспокойство? — как-то слишком иронично хмыкнул Сяо. — Невозможно беспокоиться тысячу лет, — безрадостно покачал головой он.

Что-то о персиках, что-то о любви. // "Комната пропиталась запахом секса, персика и еще чего-то слегка резко-пряного..."