Версия диалога Кардана и Джуд, если бы в 26 главе «Злого короля» никто не ворвался бы в покои Верховного короля Эльфхейма. Мы забываем канон, потому что описанный мною момент вероятней всего изменил бы его. Я против прибавления работе объема при помощи вставки обширных отрывков из книги, поэтому если Вы подзабыли, что Кардан открыл Джуд, то перед прочтением советую заглянуть в выше упомянутую главу (страницы 336-337 в печатной версии).

«Чего же ты боишься?» - спросил он меня однажды, когда его губы были на расстоянии вдоха от моей шеи.

Небольшой флафф после конца Королевы Ничего.

Танцы. Они хотели, чтобы Джуд станцевала! Ну конечно. Джуд армию могла возглавить, предотвратить угрозу войны, разрушить проклятие, которое висело над королевством, короной и королем. Но этого, очевидно, было мало.

- Я беременна. - И это беспокоит тебя? – Руки, обхватившие ее щеки, придвинули лицо так близко, что воздух вокруг них смешался. Джуд пожала плечами. - А тебя... тебя это беспокоит? - А разве это имеет значение? - Да.

Кардан был добрым ребенком. Кардан вырос жестоким.

«Она — вторая самая страшная женщина из всех, что я встречал».

Когда беременная и сильно эмоциональная Тарин решает оплакать любовь фейри с Джуд, Кардан делает шаг вперед, чтобы объяснить, насколько ошибочным было определение Лока.

Джуд Дуарте — Верховная королева Фейриленда, да только мало кому об этом известно. Тайная свадьба, изгнание в мир смертных — и вот, Джуд снова нужно научиться твердо стоять на ногах. Она знает, чего хочет. Она хочет возмездия. Жаждет того, что ее по праву. И еще кое-что, чего желать не должна. Больше всего на свете она хочет вернуться в Фейриленд. Но Верховный король сам находит ее, и ни Джуд, ни остальной мир совсем не готовы встретиться с Карданом лицом к лицу.

— Поцелуй меня, – говорит он. – Целуй меня, пока нам не станет тошно. Целуй меня, пока мы не опьянеем и не станем безумными. Целуй меня, пока мы оба не будем помнить ничего, кроме друг друга.

Джуд получила письма случайным образом

Все праздники, означающее уход одного года и приход следующего, уже закончились. Но разве кто-то против вновь ощутить тот предпраздничный трепет и чудо?