Они до страшного разные и в этом они похожи. Парадокс.

Это кажется правильным. Это кажется единственно правильным.

пьяный Витя Пчёлкин, открытая бутылка коньяка, новая квартира Космоса Юрьевича и нелепые танцы под Земфиру.

У Пчёлы есть любимая песня для прощаний, а у Космоса куча непонятных чувств.

За мужеложество положена статья; у Космоса бардак в голове, непреодолимая тяга к девчонкам и самые нежные руки - это всё, что знает Витя Пчёлкин. Но ему слишком дороги их ночи, проведенные на даче Холмогорова, чтобы отказаться от своей больной любви.

Один вечер четверга из жизни Вити Пчёлкина. Уже полгода все в офисе были осведомлены о том, что по четвергам Пчёлу бесполезно просить о чём-то. Что бы не происходило, после пяти он встаёт, одевается и шурует в неизвестном направлении. Витю можно вызвонить в воскресенье в пять утра, достать из-под земли в пятницу вечером, сорвать по делам в новый год или в юбилей отца. Но вечер четверга - это вечер четверга. От загадочных дел Витю может отвлечь разве что всемирный потоп.

космос смотрит вите в глаза - в холодные, голубые и совершенно бесчувственные - пытается коснуться бледной кожи, но пчёлкин отстраняется. им предстоит заново привыкнуть к друг другу.

после той ямы и собра пчёлкин умудрился заболеть, а это означает, что космосу предстоит ухаживать за ним.

– Заткнись, Холмогоров, – нож втыкается в деревянную доску, чуть ли не раскалывая её на две части, но Витю это мало волнует, он снова отворачивается к столу, – Хватило совести прийти - вали спать.

И внутри что-то всё-таки надламливается. Сердце сжимается от одного взгляда, что в одну секунду застывает, оставаясь где-то глубоко в душе и разрывая невидимую нить, за которую держался Космос, чтобы не утонуть. Плевать теперь как правильно, а как нет. Сильные руки смыкаются на талии, а губы тянутся к чужим губам. Плевать теперь, что можно, а что нельзя.