— У тебя есть время лишь до Рождества, чтобы твой план: «Довести заучку до истерики» сработал, но, — повествовал Джордж, не скрывая собственного веселья, — если вдруг он не сработает или заучка доведёт до истерики тебя, то ты, Фредди, пригласишь её на рождественский бал.

Узнав о том, что Гермиона возвращается, Фред злится. Наверно, впервые в жизни он злится на кого-то настолько сильно, одновременно ненавидя и отчаянно желая увидеть. Шесть лет назад она уехала, бросив малыша Ронни с разбитым сердцем, бросив семью Уизли, бросив… Фреда. Что принесёт эта встреча? Что скрывает пропавшая на столь долгий срок Гермиона? Фреду только предстоит выяснить.

...Перед глазами кружили воспоминания — всё то, что теперь казалось далёким и тускло-серым. Словно ворох старых выцветших фотографий, на которых с трудом можно разглядеть блеск глаз и веселье улыбок, смех, чувства. Такие тёплые и оттого нелепые моменты их жизней, переплетённых между собой в причудливый узор, нелепые среди догорающих костров и тел раненых и убитых...

Как оказалось, банальное выяснение отношений в не самом удачном месте может привести к весьма неожиданным последствиям. Пожалуй, это будет самый незабываемый Хэллоуин для мисс Грейнджер и мистера Уизли, и, возможно, для всего Хогвартса.

Который год они хотели друг другу подарить валентинки, но всё не решаясь, в очередной раз оба делали приворот.(с) МШ

Плохо, когда человек не доволен решением судьбы, но ещё хуже, когда он это отовсех скрывает, потому что любому терпению приходит конец.... Вот и её выдержка подвела свою хозяйку.

– Впустишь? – ухмыляется он, осматриваясь, и взгляд вмиг делается колючим. Прошлое, едва укрытое тополиным пухом, стучится в двери. А я понимаю, что ничего не прошло. Немагическое AU

-Амортенция. Любовное зелье, создающее непреодолимое влечение, которому невозможно сопротивляться. Гермиона неодобрительно хмыкнула, чем отвлекла парня от чтения. -Что-то не так? Я смешно читаю? -Нет, просто меня всегда смешил этот напускной ажиотаж вокруг амортенции. Ну это ведь не Империо, серьёзно! «Невозможно сопротивляться». Абсолютная глупость. -Как знать...

Он знал, что это всё закончится рано или поздно. Обязано закончиться. И тогда он вернется, чтобы получить очередные секунды неземной эйфории, потому что пока что он не нашел ничего другого, что могло бы заменить её.

Для Гермионы все становится немного странным, когда Фред случайно проливает на себя новое любовное зелье.

В шестнадцать лет Гермиона начинает получать сообщения от своего соулмейта. Кто же знал, что им окажется, никто иной как сам Фред Уизли.

- Итак, вопрос. Если выбирать между всеми моими братьями, Виктором Крамом и Гарри, кого бы ты выбрала себе в мужья? Минутное молчание казалось вечностью, а все присутствующие затаили дыхание. Гермиона задумчиво прикусила губу и наматывала локон на палец, хмуря брови. Короткий вдох и уверенный ответ: - Фреда. Определённо.

Гермиона Грейнджер ждет своего нареченного. Каждое утро она рассматривает себя в зеркало в надежде узнать, наконец, имя. Но кожа чистая, как и вчера, и год назад… Фред Уизли надеется, что в ближайшие пару лет имя нареченной точно не появится на его теле. Потому, что у Анджелины уже есть имя. И это не он.

Немного выпив для храбрости, Гермиона решает отпраздновать вновь обретенную свободу, поступаясь некоторыми собственными принципами.

Решение Гермионы сделать ремонт нарушается присутствием Фреда, его предложением помощи и их неожиданной сделкой.

Рождественская вечеринка Фреда и Джорджа в самом разгаре. Пока гости развлекаются, Фред обнаруживает, что для идеального Рождества не хватает одной детали, и отправляется на её поиски.

И она улыбнулась. Еле заметно, но достаточно для того, чтобы зажечь его собственную улыбку. Она всегда была яркой, очень яркой, как бы ни пыталась этого скрыть. Она полностью заполняла пространство перед ним, хотя это он над ней возвышался. Магия потрескивала в её волосах и лилась с кончиков пальцев, заставляя его чувствовать себя... Будто бы непобедимым. Когда он был рядом с ней, он чувствовал, что всё возможно. Какая же опасная мысль.

— Мы ведь оба знаем, для чего созданы ночи вроде этой. — Для пьянства и разврата студентов? — Мне нравится ход твоих мыслей! Но в основном они созданы, чтобы говорить то, на что не решишься завтрашним днём.

Фред снова обнял Гермиону, шелестя носом по кудрявой макушке. Он отдал бы всё на свете, чтобы сидеть с ней так каждый вечер. Узкие ладони скользили под пледом по широкой спине. Нос гриффиндорки касался пульсирующей вены на шее, заставляя сердце биться чаще, а горячее дыхание щекотало кожу. Эта близость действительно сводила с ума. Просто её ладони, просто её запах. Просто шоколад и вишня. Просто его травяной шампунь и кофе. Просто родное, тихое спокойствие. То, чего они хотели все эти годы.

— Не занято? — прозвучал негромкий оклик. — Занято, — утирая глаза рукавом мантии, ответила девушка. Собственный голос казался ей непривычно сиплым. — А я всё равно присяду, — с усмешкой заключил парень, опустившись на пол рядом с ней.