Скарамучча должен переродиться. Маленькая марионетка жаждущей свободы, обретёт её с помощью анемо глаза Бога. Архонт которого разбит и потерян не меньше.

Сказитель открывает голубые глаза и смотрит на путешественницу. В них Люмин больше не видит отчаяния. В них больше не отражается его последняя надежда в виде Сердца Бога его матери.

Пронзённый мечом беспощадной Райден, Он лик потерял человеческий...// У кукол нет чувств, С ними можно играться..

И всё таки, она определённо лучше любого обогревателя.

В холодных вьюгах Драконьего хребта, глубоко внутри, сокрыто обнажённое сердце, истекающее осквернённой кровью. Багряное, будто умирающее, но продолжающее пульсировать, вдыхать жизнь в тех, кто должен был быть мёртв. Однажды странник, ищущий своё сердце, нашёл лишь это и застал рождение того, кто, как и он, оказался просто ошибкой. Ошибкой, которая никогда не должна была очнуться. Ошибкой, которая теперь оказалась заражена скверной. Кому, как не Сказителю, знать, что сказать этому человеку?

И пока вышедшая из пушистых одеял луна освещает путь во мгле, их с небес провожает взглядом мирным умершее божество.

"Мать" и "сын" наконец сталкиваются между собой... Но на утро каждый из них забудет эту встречу.

Всё началось с такого простого, но волнующего вопроса Аяки: — Как ты отнесёшься к тому, чтобы надеть на праздник инадзумский наряд?

Месть — очень вкусное блюдо, но стоит быть аккуратнее, чтобы не оказаться на тарелке самому.

пожалуй, теперь гроза будет иметь для неё особое значение.

Эта была необычная ночь. Страннику очень давно не снились кошмары. Кажется, с того момента, как Доктор начал ставить на нем свои эксперименты. Если спать и удавалось, то это был обычный беспокойный сон без сновидений, не длящийся и нескольких часов. Сколько столетий воспоминания не приходили ему в голову в виде чертовых «сновидений»? Сегодняшний день решил исправить такую маленькую положительную вещь в жизни юноши.

Чем чаще Люмин навещает Странника, тем больше это становится потребностью. Впрочем, взглянуть на его боди она никогда не против.

Больше, чем остальных.

Странник с читаемым противоречием в глазах обратился к той, что спасла его от бытия безысходности.

она стала его светом.

руки скарамуша связаны над головой нетугим аккуратным узлом с помощью мягкой верёвки – люмин умеет, люмин практиковалась, – а сам он лежит на подушках, смущённый до ужаса. в волосах у него пушистые кошачьи ушки, прицепленные заколками, а под боком сидит люмин – любуется.

в инадзуме сегодня солнечно.

Если Эи сейчас же не добьёт его, Скарамучча может решить, что она просто гладит его голову и это совсем не злая шутка сознания.

У мамы всегда было хорошо. Она бережно обнимала его, целовала в лоб, ходила с ним, играла, катала на руках, а на ночь накрывала теплым одеялом. Время от времени Эи могла пройтись с малышом по городу, посмотреть, как он изменился, что нового. Люди с интересом смотрели на их маленькую семью, расступаясь, когда те шли к толпе.