Пальцы Хуа Чэна касаются свода ступни, и Се Лянь порывисто вздыхает и едва слышно стонет. Хрустальный звук рассыпается по залу, и Фэн Синь первым делает шаг назад, к спасительным дверям.

Пальцы Хуа Чэна длинные и твердые, немного, самую малость, мозолистые, но такие непомерно нежные и чуткие, выучившие каждый миллиметр тела Се Ляня в совершенстве, безупречно знающие, в каких местах следует надавить посильнее, а в каких нежно погладить. Такие любящие. Руки — их язык любви. Их забота и нежность — константа. [Хуа Чэн делает Се Ляню массаж в конце тяжёлого рабочего дня]

Перед глазами мелькает мальчик с перебинтованным глазом в лазарете императорского дворца, на вопрос Се Ляня, почему он не хочет снять повязки, ответивший лишь одно слово. Уродливый. И этот самый мальчик, выросший в умопомрачительно прекрасного сильного мужчину, отточивший собственную показную самовлюбленность до безупречности, так что глупому наивному Се Ляню не могло и в голову прийти, что когда-то может вновь услышать из этих уст это треклятое слово... он сейчас замер в его руках.

для Се Ляня их отношения были спокойной равнинной рекой, уверенно текущей вперед, собирая в себя ручьи и притоки, становясь увереннее и ровнее. Ну да, ну да... Или 10+ страниц целомудренной паники Его Высочества

Се Лянь уже не знает, как намекнуть своему парню, что в постели с ним можно быть немного... пожёстче.

Се Лянь сталкивается с чарующим, ласковым взглядом, что направлен только на него, и тонет в нем, тонет в чужих прикосновениях, в чувственных речах и долгих, сладких поцелуях. Он доверяет Хуа Чэну свое сердце, а взамен получает безоговорочную преданность и искреннюю любовь.

Се Лянь - единственный наследник умирающих родителей. Он должен выйти замуж за богатого господина, чтобы тот смог обеспечить остатки дней родителей юноши в достатке и радости. Однако прямо посреди церемонии его крадёт известный на тысячи ли, как коварный вампир, прекрасное дьявольское отродье - Хуа Чэнджу.

Се Лянь сидит между колен Хуа Чэна, и Князь Демонов признаёт, что сегодня умирает в четвёртый раз.