- Чертовы альфы должны выбирать бет! - Блядь, что ты сейчас сказал?

Это его возбуждает. Это чертовски его возбуждает.

Нет, правда, он очень даже ничего. Йен чувствует Тони и Джейми, их альфа феромонами провонял весь магазин, но не учуял запаха Микки. Даже беты с их легким и едва уловимым (он это знает слишком хорошо, потому что Кэш был им) имеют запах. Микки же ничем не пахнет.

Как гребанная метка, связала меня с чертовым сукиным сыном!

- Хорошо, мне похуй на пол, ясно? Теперь доволен? - Да, да, но кого бы ты предпочел… - Я бы предпочел, чтобы ты заткнулся.

- Да. Мы с этим закончили? - Да, мы в расчете. - Могу ли я тогда спокойно сходить в сортир? - О, да, прости.

Она свела их вместе. Нет, правда, она сделала это. Она ставит себе это в заслугу, что познакомила их, хотя они никогда не признают этого.

Не только Йен преодолевает 5 стадий выхода из кризиса, однако он сомневается. Вот так всегда. - Микки, тебе удобно? - Микки, ты проголодался? - Микки, ты хочешь сходить в туалет? - Микки, тебе нужна помошь? Ведь ему все чаще хочется ударить Йена, чем раньше.

Микки стоит к нему спиной в гостиной, его ноги раздвинуты, а руки заведены на спину, он опускает таз вниз и поднимает. Приседает. Вот и все. Он всего лишь тренируется. И это чертовски возбуждает.

Он не хочет заключать связь. С кем-либо. Ему нет дела до альф, даже если они сказочно красивы и приятно пахнут; он не хочет быть под чьим-то контролем. Не то, чтобы он будет когда-либо заключать связь с кем-то младше его. Желательно, если он все же соберется заключить связь, то пусть это окажется девушка годика на два старше его. В таком случае ему точно не придется беспокоиться о том, что он под чужим контролем.

Но это не то, что на самом деле привлекает его внимание. Запах Йена. Он всегда чувствует этот аромат, когда тот возвращается домой. Он постоянно трется свой задницей об старых альф и бет в клубе, иногда даже от него разит алкоголем, реже метом.

- Ты же знаешь, что можешь забеременеть во время течки, верно? - Ой.

Ясен пень. Но как ты забеременел? Ведь большинство девушек, которые учатся со мной в школе, не могут забеременеть; я не думал, что парни способны на это.

И он ударяет его. Наносит удар прежде, чем Йен начнет говорить очередную ерунду. Это выглядит все весело и игриво, пока не появляется альфа. Он поставил синяк альфе и теперь будет наказан. Вот дерьмо.

Оказывается, клуб не так уж плох. Он пьет воду – не может даже есть, не говоря про блядское пиво, что помогало скоротать время, - и наблюдает за тем, как Йен танцует. Его взгляд изредка отрывается от него, он соблазнительно крутит бедрами и ухмыляется, когда Микки, закатывает глаза и отворачивает. Это так охуенно здорово дразнить его.

Или история о том, как Микки и Йен выбирали имя для их дочери.

Глаза Микки странно блестят, после он вновь возвращаются к экрану. Он не двигается, чтобы освободить для него место на диване. Йен понимает, что это значит «отвали».

- Ты всегда прекращаешь разговор, когда тебе уже не интересно или еще из-за какой-то херни. Мне есть что сказать, так что слушай.

Пять дней. Пять гребанных дней.

Реббеки уже семнадцатилетняя альфа, которая сталкивается с последствиями, после того как обратилась к отцу своим альфа голосом.