Гостеприимность — необходимая черта для любой хозяйки. Люмин придётся очень постараться, чтобы все её гости остались более чем довольны.

А вас когда нибудь спасал алко-рыцарь верхом на верном сером мусорном баке? Вот и Бахил...Бутхилла тоже никогда. Собственно, он в этом спасении и не нуждался, но оно, совершенно никого не спрашивая, действовало очень уж безукоризненно неотвратимо и необъятно стремительно. Как говорится, Бутхилла от металлолома отделяет одна палёная пластинка для фонографа 2rbina 2rista.

Бывший царь Кремноса, терзаемый непонятными чувствами приходит к ней попрощаться, ведь ему нужно идти сдерживать черное течение, грозящее поглотить Амфореус. Но, может, он задержится ненадолго?

В какой-то момент Стелле надоело то, как выкручивается этот нахальный и крайне самодовольный мужчина. Она уже обещала себе надрать ему зад, но не успев понять как - снова повелась на его сладкую речь и пошла на поиск "сокровища". И это после того как как искала два инструмента по его просьбе... Что же она нашла? Сокровище? Как бы не так, лишь третий инструмент. И это стало последней каплей. Чем же грозит Сампо потеря терпения Стеллы?

Сампо Коски - самый гнусный мошенник на Ярило - VI. Он считает что всегда впереди всех на шаг, а то и два. Украсть несколько вещиц? Легко. Сделать это чужими руками? Почему бы и нет. Вести себя как самый законопослушный гражданин лишь бы скрыть свои делишки? С удовольствием. При этом не понимая того что кое-кто видит его насквозь. Ведь теперь, когда к их отношениям примешались совсем другие эмоции, обмануть Стеллу стало труднее...

Когда Сандей поднялся на борт экспресса, он понятия не имел на что подписывается… Они тут все сумасшедшие! Особенно эта девица с бейсбольной битой, в комнате которой его поселили…

Что если дать себе слабину всего раз? Всего раз пойти на поводу этих фраз или шуток. Исполнить одно сонное желание уставшего парня

— А в первый раз Арчера призвала, негодница. Отдала меня на растерзание этому лицемерному колдуну. — А в первый раз ты попытался меня убить, — ядовито высказала свою обиду Тосака, подавая ему руку, — встать сможешь?

— Урарака, не реви. Завтра мы уйдем в пункт временного размещения, до него топать километра два. Там будут нормальные койки, душ, жрачка. Все, не реви, блять, — он неловко похлопал ее по спине, тем самым вызвав рыдания в новой октаве. — Ты такой хороши-и-и-ий. — Ага, заебись. — И добры-ы-ый. — Понял, ахуенно. — Еще и заботливы-ы-ы-ый. — Блять.

Урарака напивается и хочет кое-что сказать Бакуго.

— А теперь убей меня, — шепчет она. — Давай всё закончим. ⠀ Нёвиллет осматривает её лицо, впившись ладонями в предплечья. Скользит взглядом вниз, по шее, груди. Вновь возвращается к глазам. ⠀ — Нет, — просто отвечает он. – Я вынес вердикт.

- Одуванчик, а мне идут очки? Это было днём, и это был тысячный вопрос от скучающего барда. Неужели у него нет неотложных дел? Побрынчать на площади, подокучать молчаливому Дилюку, побродить по Монду, но...Чем же Люмин провинилась?

О том, почему в пустыне стоит ходить в панаме

Работа Предвестника тяжела, и сколько бы Люмин себя не успокаивала скорой встречей, Дотторе вечно был занят. Мысли о сладкой мести возникают грязными картинками перед глазами, и Путешественница спешит воплощать мечты в реальность.

Фаенон смотрит на Стеллу сквозь пузырьки шампанского в хрустальном бокале, и его сердце согревается за вечер тысячу раз.

Он помнит каждую родинку на её теле и каждый изгиб ему знаком, но он никогда не видел её обнаженной. Она помнит вкус его губы и тепло рук, хотя он никогда не прикасался к ней. Он уже слышал её тихий шепот над самым ухом и томные стоны, но когда? В реальности или во сне?...