— ты заслуживаешь целого мира, чонгук, и однажды я узнаю, как подарить его тебе, слышишь?

Это письмо написала Чон Суён. Идеальным каллиграфическим почерком в нём было выведено всего несколько слов, но угрозы в них было больше, чем в целом трактате на суде перед смертной казнью. Причина была обозначена в два коротких предложения. Младший сын графа Чона в положении. Старший сын графа Кима – отец.

Чонгук делит квартиру с призраком и ещё не знает, что в соседней живëт ведьма с трëмя прелестными кошками.

— Почему я не могу тебе нравиться? — У тебя слишком много красных флажков, — Чонгук поднимает руку, чтобы перечислить. — Ты извращенец, — начинает, сгибая указательный палец.

Неловкое обсуждение расписания секса — такое себе занятие в первые недели отношений.

— Постирай вещи, — Тэхён указывает на стиральную машину. Чонгук опускает кроличьи ушки, состроив милое лицо. Тэхён оглядывает его умоляющее выражение, погладив по голове. — Ладно. Тогда помой полы. Чонгук удивлённо смотрит на него. Как это... Ему нужно работать по дому?

Вы спросите: да что тут происходит? А происходит величайшая смена системы ведения внешней политики. (Если проще: Тэхён влюбляется в Чонгука во всех мыслимых и немыслимых ситуациях).

В общем, загвоздка в том, что дополнительные условия фиктивных браков Чонгука не интересуют. Омега не ищет ни секса, ни любви, ни партнёрств. По крайней мере, сейчас. Так было. До назначения свидания вслепую с господином Ли Чжи, у которого секретарём работает Ким Тэхён.

Люди знакомятся, влюбляются, встречаются и женятся. Иногда. А иногда все происходит наоборот.

— В куклы играют девочки, — говорит Тэхён, указывая на принесённые куклы мечом. Чонгук расчёсывает волосы одной из них. Он поднимает голову, смотря на Тэхёна. — Это хорошо. Я хочу играть с девочками, — Чонгук вообще не унывает.

Черта всё планировать прошла с Тэхёном все невзгоды со средней школы до осознанного взросления. И он не избавился от этой привычки, потому что с таким ответственным настроем к вещам… никогда не ошибёшься. Верно? Верно. Но случился Чонгук.

Чонгук тут целый месяц страдает из-за того, что у него на работе появился секрет размером с три Луны, а этот альфа просто прямым текстом кидает во всех работников информацию о том, что, конечно, он занял для своего омеги прекрасный, высокий и уютный сьют вместе с самим собой. Естественно! Они же на отдыхе. Нюанс в том, что это недельный отдых с коллегами, а не внеплановый медовый месяц.

Лаборатория Пака славится тем, что является одной из лучших в городе независимых лабораторий криминалистической экспертизы. Здесь работают специалисты самых разных категорий. И в такую лабораторию менеджером по доставке улик из прокуратуры устраивают омегу Чон Чонгука — очаровательное создание, с одного взгляда на которого даже омега Хосок открывает рот. Все альфы хотят попытать с ним удачу. Все, кроме Тэхёна.

Есть Тэхён, владелец небольшого магазина магических книг. Есть Чонгук, зельевар и его постоянный посетитель. А еще есть заклинание, которое совершенно случайно связывает их души нитью.

Пушистенький. А ещё у него ножки малюсенькие. Да и весь он размером почти с морду Тэхёна. Совсем крохотный. Ниже даже волчат. И глаза чёрненькие и маленькие, и лапки крошечные, и хвостик такой пушистенький торчком. Тэхён думает: «он бы во рту поместился».

Это похоже на испытание. Мол, пойдёшь ли ты на крайние меры ради меня? Мол, станешь ли разрывать кодекс чести рыцаря ради того, чтобы просто объяснить свои чувства? Мол, до какой грани ты дойдёшь, чтобы твоему принцу стало легче в этой любви? Тэхён не хочет думать о том, что Чонгук так жесток.

— У тебя тоже болезнь Гюнтера? — Нет. Я вампир.

— Скажи мне вот, что, — тянет Тэхён, устало подперев щёку рукой. — Вот тебе действительно хочется тратить на меня своё время? Чего ты ждёшь? Выкупа? Или того, что за мной придёт принц? Тогда у меня для тебя хреновая новость: принц — это я, и это я должен был спасти прекрасную леди, за мной никто не придёт! Видишь, да? От меня толку нет! Как насчёт того, чтобы признать свой провал и отпустить меня восвояси?

- Ты свидетель, я если этого герцога встречу, так и скажу: прости, дорогой, но даже не думай зачехлить свой меч в мои ножны. О, как! Круто я завернул?

— Кстати, — Чонгук будто невзначай вспоминает, — прошёл... год? — Год? — Тэхён присвистывает. — С годовщиной нас! Знаешь, я рад, что мы расстались. — Да, спасибо, что дал понять, какой ты мудак. — Взаимно. Юнги наклоняется к Хосоку, говоря: — Это у них стадия принятия.