Оболочка, какой бы она не была, рано или поздно исчезает, раскрывая миру что-то совершенно новое. Ты снимешь с себя покров неизвестности и покоришь всю Вселенную, или же то, что сокрыто в тебе вырвется первее?

– Нет. Я не буду это делать. – Ван И был категоричен. Автор новеллы определено решил поизмываться над бедными героями, ибо объяснить новую «миссию» невозможно никакими словами. – И что это значит – переспать?! Шутка какая-то?

— Мистер Коски… Согласился сотрудничать с СББ. Он выдаст списки своих клиентов и контактов, местонахождение своих тайников и еще необнаруженных жертв. Однако, для этого он выставил свои условия. — Какие? — Главное из них — это вы.

Сборная солянка из историй по Сампардам, в которых они издеваются друг над другом, любят и бесконечно заботятся.

– Ты не потянешь. – Дань Хэн ухмыльнулся. Вид смущенного Блэйда, пожалуй, может стать одной из его причин жить.

Далеко не каждая прогулка может обернуться встречей со старым знакомым. И уж точно не каждая из них запомнится чем-то приятным.

Пойманный в руки Цзинь Юаня, Блэйд вот уже неделю торчал где-то под землёй, в темнице без еды и света. От Кафки ни слуху ни духу. Только воспоминания о прошлом, заставляли парня жить дальше.

«Кажется, в любой из жизней я не хотел никого другого, кроме тебя.» Это была чрезмерная откровенность на грани безумия. Таким можно убить чудовище или вернуть к жизни засохшее дерево. И Блэйд героически принимает этот нож себе в грудь.

Умирать — больно. Особенно больно — в море цветов. В море белых ликорисов.

Гепард Ландау был капитаном Среброгривых Стражей. И был омегой. С детства нечувствительный к запахам альф, он использовал это преимущество в работе и повседневной жизни, поднимаясь по карьерной лестнице и не мучаясь с течками. Мог ли он знать, что всё испортит одна крошечная ошибка...

Одним совершенно ужасным утром Сампо приходится сбегать от разозленного клиента. Ничего лучше, чем спрятаться у Гепарда, с которым периодически спит, он не придумывает. План безумный, зато наверняка — действенный. Сампо знает: купить можно что угодно и кого угодно, вопрос только в цене. Вот только Гепард почему-то выпадает из этой стройной теории, и Сампо на практике предстоит узнать, что его картина мира была абсолютно неверной.

Гепард не заметил, как переступил черту здоровых поступков ради взаимных чувств.

Гепард думал, что наконец-то поймал Сампо Коски, но на самом деле это Сампо Коски поймал Гепарда.

Гепард и Сампо оказываются наедине в замкнутом пространстве. Какие тайны раскроются за одну ночь? И что будет утром?

Закрывая глаза, они сливаются воедино, изнывая от желания обладать. [или au, где Дань Фэн и Инсин попадают в Дом Кандалов, предпочитая проводить время во снах]

Но до этого момента Цзин Юань мечтает только об одном: ещё раз, хоть на мгновение увидеть насмешливые алые и хладно-бирюзовые глаза его возлюбленных. Хотя бы раз. В последний раз.

Осколки прошлого витали в воздухе, изрезая плоть изнутри. Блэйд словно находился в бреду, не в силах сопротивляться маре. Он шёл за человеком, который был путеводной звездой. Издалека она исцеляла и грела, но стоило подойти ближе, как её лучи начинали жечь, создавая дыры, и позволяя маре вновь наступить. Блэйд точно знал что ненавидел его и желал ему мести, но не был способен навредить ему не в равном бою.

Солнце и луна — неразделимы.

Для Авантюрина он был всем. Для него же Авантюрин был просто другом

Он перегнулся через стол и поманил к себе Рацио присогнутым пальцем. Рацио ничего не осталось, кроме как склониться навстречу. Их лица оказались совсем близко. Рацио чувствовал, как тепло оседает на коже чужое дыхание, как щекочут щёку волосы — действительно мягкие, словно цыплячий пух, — и приготовился услышать какую-то невероятно секретную информацию; сведения настолько тайные, что даже в кабинете Авантюрина их нельзя было озвучить в полный голос. — Доверьтесь мне, — шепнул на ухо Авантюрин.