Утро после ночи Ставрогина с Лизой. Верховенский подслушивает их разговор.

Юноша почувствовал резко пришедший приступ кашля. Быстро достав платок из кармана брюк, прикрыл им рот и откашлялся. Отнеся платок от лица, тот посмотрел на него и с выдохом болезненно прикрыл глаза. Материя, была запачкана кровью, а на поверхности лежали лепестки пурпурной сирени.

Ставрогин стал звать Пьера к себе по ночам, с утра каждый раз выставляя за дверь. Верховенский делает вид, что подобного рода отношения его устраивают, что им вовсе не пользуются, но и ему самому, и Николаю Всеволодовичу ясно: Петрушка хочет чего-то большего, чем быть подобно деве из дома для утех. А если Петруша хочет, он сможет присвоить себе даже грубого любителя бабочек. Да только, надолго ли...?

Окна зашторены, и совсем не видно как два молодых человека развлекаются весьма не детскими способами. Но тут раздаётся стук в дверь.

Ставрогин стелется под него, глотая горькое унижение — берёт его ладонь в свою, крепко сжимая её. Чужая ладонь тепла для Петра, даже горяча, но это тепло — фальшиво, как и сам гость. Сам Николай-то и есть крепкий карточный домик, карты коего далеко не игральные.|Соулмейт!Ау, в которой у соулметов одинаковые ранения, а поцелуи с неродственной душой провоцируют колющую боль|

Ты создан из моего ребра, дорогой, ты создан из моего греха. И я не могу понять, где заканчивается твоя похоть и начинается любовь. Ох, я не хотел навредить тебе, не хотел... Но ты так прекрасен, когда плачешь.

Пётр больше не может прятать свою любовь, сквозящую в каждом взгляде, брошенном на Николая, в каждом сновидении, вспыхивающем за сомкнутыми веками... И пытается доказать Ставрогину, что он - его смысл.

Ставрогин хочет заполучить полную власть над тем человеком, который его так обожает. Почему бы для этого не применить силу, чтобы почувствовать себя действительно главным?