Серия «Райтобер 2024»

Не то чтобы иметь близнеца было весело. Иногда. Ладно, больше чем иногда. В детстве, класса так до шестого, пока тела их были детскими, а голоса похожими, пару раз — больше чем пару раз, ладно — они могли позволить себе поменяться одеждой на час-два-день. Было смешно наблюдать за теми, кто догадавшись, округлял глаза, открывал рот, но так и не мог ничего внятного произнести. Потому что таким бредом занимались однополые близнецы.

Мегуми никогда не сможет понять, как влюбился в человека, обожающего такой мерзко-сладкий кофе.

А ведь прошло уже шесть лет...

Конечно, были свои пререкания, были ссоры — а ещё были долгие попойки, игры в карты и секс. Божественный секс. И всё шло прекрасно: они съехались, год жили ни то как друзья с привилегиями, ни то как почти парочка. А потом Лютик узнал о Йеннифер.

Оставалось только разговаривать. Надеяться, что всё однажды наладится. И не понимать, почему они всё ещё способны думать, почему они живут, не имея никакого физического воплощения — это их души или просто разум, или…

«Всё, что чувствовал он — боль. Отвратительную, острую боль, которая заполняла каждую частичку тела. И Джек кричал — истошно вопил, — и когда только упал на льду, не в силах просто двинуться, и когда его везли на каталке к кабине скорой»

Иваизуми никогда не говорил, что он любит. Ойкава никогда не говорил, что он любит. Но ведь они любили. Оба. Оба?

«Как же это осточертело. Венди не раз — даже на трезвую голову — поднимала эту тему. Мэйбл поднимала эту тему. Да, даже Пасифика высказывалась пару раз. И все твердили об одном и том же: как Диппер губит сам себя. Будто он про это не знает»

«Но спасают замедленные рефлексы и затуманенный алкоголем мозг, потому что представшее лицо перед глазами поначалу воспринимается как подкрадывающаяся «белочка». Сердце, кажется, пропускает удар, и как реагировать Диппер просто-напросто не понимает. Он даже понять не может, стоящий перед ним человек реален — и он ли это вообще? Не то, чтобы Билла можно было с кем-то вообще спутать»

«Быть может, ещё через пару лет, Джек окончательно сбежит в чужие пещеры, нарушая все правила, становясь обратно невидимым-неслышимым духом. Быть может, всё наладиться и скоро станет легче, откроется второе дыхание и детишкам привычно станет каждодневно дарить радость. Всё может быть»

«Периоды бессонницы не так часто наведывались, но как приходили — что-то внутри разрушалось. Разум просто не позволял закрыть глаза, рисуя картины прошлого — отвратительные картины, полные боли, страха, сожаления… Чужие смерти преследовали его, стоило только перестать думать о чём-то конкретном, стоило только попытаться уснуть»

...но не бросила их.

Поначалу Шон был в ужасе. Потом злился — и не понятно даже на себя или на Даниэля, или вообще на непонятную странную силу. Дальше — было по-странному весело, но всё ещё боязно. А потом стало совсем паршиво.

«Когда-нибудь станет легче. Когда-нибудь не нужно будет скрываться. Когда-нибудь тьму признают. На пока что им остаётся лишь улыбаться, будто ни капли злостного в них не было, нет и не будет никогда»

«Но как бы не нагоняли страху все вокруг, Диппер Пайнс казался… совершенно обычным. Даже на простого Охотника еле-еле тянул — быть может, он мог обосноваться в координаторской и руководить группами, составлять стратегии и что ещё делают те умники? Но нет, Диппер Пайнс, пусть и был гением и прекрасно вписался бы в компашку координаторов, был направлен в отряд Мириам и поставлен в ряд с самой Ванессой — в ряд! не её подчинённый! — а значит находился под строжайшим надзором верхушки»

«Но чудо не произошло — и не произойдёт. Эта правда, с которой так и не получилось ужиться, и не думается, Антону, что получиться хоть когда-нибудь. Олежа мёртв. И мёртв он, как кажется, по вине самого Антона»

«По крайней мере прошло уже полгода, а Билл всё ещё не сбегал. Что-то держало его в этом городке, и как бы не хотелось думать о себе, но Диппер понимал, что скорее всего это очередное сокрытие от служителей закона. Но пока его одаривали нежностью, умопомрачительным сексом и даже подарками, жаловаться было не на что»

«А потом были верёвки, стул, чужие взгляды и лица, скрытые тканевыми масками снизу. Они ничего не говорили, только следили за реакцией, на вопросы не отвечали — усмехались изредка, — сами молчали. Последние два дня просто следили, приносили воду, но не больше. По началу думалось Готье, что его похитили ради выкупа от отца»

«Хотя, наверное, это был бы лучший подарок на день рождения — немножко хаоса и, может быть, мести для доставучих соседей по общаге и некоторых одногруппников. Но пока что хватало того, что Биджей своим присутствием отпугивал надоедливых призраков, который только и хотели что излить свои проблемы на единственную живую видящую их душу. Иногда свой дар Лидия ненавидела — но ровно до момента, пока перед ней не возникал с широкой улыбкой один демон, который теперь призрак, но вроде всё ещё демон»

«Глаза заплаканные, красные, кожа вокруг припухла. Нос шмыгает, а губы дрожат. Диппер полностью потерян, ему страшно, невозможно, и лучше накачать его чем-нибудь, без этого до срыва недалеко, но доктору нужно знать всё прямо сейчас — если Диппер не вспомнит всё сейчас, то не вспомнит никогда более»

«В этом и была вся проблема. С тех пор, как достоянию общественности предстали боги в полном обличье, с того самого дня, когда Туман рассеялся и к простым в дома начали врываться монстры, мир переменился»

«Мерлин, казалось, умер тогда с Артуром, и за все грехи свои несёт сейчас наказание где-то на полях загробной жизни»

«Когда-то было хорошо. Когда-то было плохо. Когда-то было отвратительно. Об этом помнит каждый из них»