— Да забудь ты своего бывшего уже! Повеселись. Тут дофига горячих парней. Вон тот красавчик, например, — друг без задней мысли указывает пальцем в сторону одного парня. Феликс воет, а потом фэйспалмит. — Джисон, блять, это и есть мой бывший!

— Твою мать, Феликс, у тебя на шее гребаный засос, — вспыхивает наконец Хенджин. Феликс не понимает, что значит его взгляд. Хватка на его запястьях слабеет, и Хенджин отстраняется, запуская руку в волосы. — Я не хочу видеть на тебе никаких меток, кроме своих, — Хенджин поворачивается к нему в этот момент и говорит, глядя прямо в глаза. У Феликса подкашиваются ноги. Так Хенджин ревнует.

Громкие аплодисменты и крики учеников — это то, что мотивирует Хёнджина, когда он выходит на площадку, а Феликса мотивирует Хёнджин.

Хёнджин чувствует себя конченным извращенцем, включая аудиофайл с диктофона и поглаживая член сквозь ткань брюк. Чувствует себя конченным извращенцем, надрачивая крепкий стояк, слушая мелодичный, немного грубый голос в наушниках. Да, кажется, Хёнджин конченный извращенец, кончая на голос - что говорит на английском без намёка на акцент - своего одноклассника.

Хёнджина не было дома три недели, а Феликс очень сильно скучал.

...but not with Felix

– А я то думал, почему у нашего ангелочка нимба над головой не видно, так ты наверняка используешь его как эрекционное кольцо.

Феликс слегка переходит черту с выбором костюма на Хеллоуин.

хенджин невыносим — настолько, насколько только можно себе представить; хенджин невозможен — особенно, когда проигранное ему желание становится вибрирующей в заднице феликса пыткой на паре по корейской литературе. хенджин невыносим. феликс влюблен в него настолько же невыносимо. хван, впрочем, не отстает совершенно.

Ау, в котором Хёнджин любит показывать своё превосходство над пассивами, превращая их в настоящих деток, а Феликс хотел чисто по-мужски сесть на член своего друга.

Феликс ненавидел шумную музыку, что постоянно играла у него за стенкой, а также ненавидел ненормального соседа-рокера, раздражавшего его с каждым днем сильнее. Хенджин же, наоборот, очень любил сладких мальчиков.

— Загни палец, если среди нас есть тот, кто тебе нравится. Феликс нервно сглотнул слюну. Кажется, это был первый вопрос, на который нужно было ответить. Он не хотел дать понять присутствующим, что безнадёжно влюблен в парня с чёрными волосами, но решил играть по-честному. Загнув палец, Феликс закусил губу, осматривая друзей. Половина из них смотрели на него, удивляясь такому ответу, но Хёнджин даже не повернулся в его сторону.

— Хочешь, чтобы я тебя поцеловал? Тогда попроси, как следует, — Хенджин коснулся его губ, оставив едва ощутимый след, словно испытывая терпение младшего. Феликс тотчас потянулся за ним, но встретил лишь пустоту. — Ну, что скажешь, малыш? Ты хочешь этого?

— Вы можете сделать скидку, пожалуйста? — Феликс краснеет ещё больше, но что делать. — Отсосёшь - сделаю, — кассир явно не шутит, и подтверждение этому является едкая ухмылка. Темноволосый проводит языком по красным губам, избегая пирсинг.

Хван Хёнджин – молодой мафиози, а ещё он любит на досуге сыграть в покер. И в его казино окопался Феликс – неуловимый шулер. Их противостояние началось за карточным столом, и Феликс заставит Хёнджина проиграть любой ценой. Но она будет высока…

Хёнджину (не)повезло застрять в лифте с течным омегой.

— А ты мелкий надоедливый сучёныш, который только и делает, что мешает жить. У меня болит голова от тебя. — Интересно, тогда почему у тебя стоит? Неужто на меня?

феликс заставляет джисона надеть юбку и заявиться в таком виде в скейтер-парк; по дороге он ловит на себе десятки взглядов прохожих, но в конечном итоге его волнует лишь один внимательный взгляд темных глаз. или история о том, как минхо падает со скейта буквально каждый раз, когда смотрит на джисона, а любимые сигареты младшего оказываются забыты, ведь поцелуи с минхо куда лучше.

«В конце концов, не привыкать ему скрывать свои стояки...»

А Феликс шёл ко дну вместе со своей любовью. И если спасение утопающих — дело рук самих утопающих, то Ликс справлялся из ряда вон хуево: готовил Хёнджину завтраки, подолгу зависал и наблюдал за Хваном, пока тот качал пресс, зацепившись за стул ногами. В общем, делал всё, чтобы из этой влюблённости не выбираться.