Минхо дразняще дует ему в шею, просто чтобы посмотреть, как он извивается под крепкими бедрами старшего. — Как я и сказал, я чувствовал себя обделенным. Спроси меня почему. Сынмин медленно выдыхает, глядя на него с раздражением. — Почему? — Тебе явно нравится, когда тебя удерживают. Прижимают к полу. Швыряют. Грубо обращаются, — Сынмин смотрит на него, а глаза снова расширяются. — Я знаю, ты заметил, что я наблюдаю. Тебе нравится чувствовать себя слабым, Сынмини?

— Тебе не обязательно уходить, — выдыхает он прямо в губы Сынмина, все еще крепко прижимая его к своему телу. — Я не хочу забирать у тебя все твое свободное время, — голос его начинает дрожать, когда рука Минхо скользит под рубашку, пальцами рисуя узоры на пояснице. — Сынмин. Ты никогда не забирал у меня ничего, чего бы я не хотел тебе дать. Я хочу, чтобы ты остался. Но он этого не делает.

Сынмину нравится Минхо. Он думает, что между ними всё хорошо, даже прекрасно. Знает, что они отлично подходят друг другу. Поэтому чувство вины ещё больше ломает его изнутри. Потому что Сынмин знает, что он должен быть счастлив и всем доволен. Что он не должен желать большего. Но он желает. Он просто хотел бы, чтобы Минхо... чуть более явно проявлял свои чувства.

Когда Джисон оказывается на грани отчисления, у него не остаётся иного выбора, кроме как обратиться к знаменитой троице их университета. Минхо, Хёнджин и Сынмин славятся тем, что могут решить любую твою проблему, сколь бы серьёзной она ни была. Но и цена, которую придётся заплатить за их помощь, будет соотвественна.

- Сынмин снова собрал банду вместе, да? - говорит Минхо. Его шутка с треском проваливается и от неё кривится лицо Чанбина. - Не думаю, что сейчас время для шуток, чувак.

Фанфик, в котором Чанбин просто хочет, чтобы его любили. Если бы только его соулмейт перестал игнорировать его существование, чёрт возьми.

Со Чанбин, в принципе, хороший человек, когда это не касается работы. Он участвует в благотворительных акциях, содержит пару зооприютов и так далее. Но что делать Чанбину, когда очередной, неожиданный для него самого благотворительный проект работы всё-таки касается? Или Чанбин, у которого своя звукозаписывающая компания, подбирает с улицы бомжа-Хёнджина.

— Я попросил его номер, — говорит Хенджин, — и он такой «О, я польщен, ты очень красивый, но у меня есть парень. Мой парень тоже очень красивый, хочешь посмотреть?», а потом показал мне около десяти фотографий своего парня. Сынмин фыркает. Такие вещи происходят только в кино, верно? Но когда он оглядывается, то понимает, что нет. — … а это он без макияжа, и после нескольких дней на пляже его веснушки стали ещё темнее. Ты знал, что он ненавидел свои веснушки, когда был ребенком?

Чан просто спросит и будь, что будет. В конце концов он немного пьян и его бросили. Может же он позволить себе баловство? – Трахнешь меня?

Если бы за сцену, которую Сынмин почти ежевечерне наблюдает в течение последнего месяца, давали премию, то она однозначно бы одержала победу во всех номинациях по самым драматичным и душераздирающим моментам.

Чонин любит свою работу. Любит наблюдать за своими коллегами. Шипперить их он тоже любит, а как не шипперить, если они такие вот.

В борьбе за внимание своенравного парня с кошачьими глазами Джисон по всем фронтам проигрывает горячему австралийцу. Но Чану не стыдно проиграть, и как бы Джисон не хотел, у него не получается на Чана злиться.

Феликс всегда трахался направо и налево. У него были самые разные парни, и в свои преклонные 22 он более чем уверен, что успел побывать со всеми типажами. Пока не встретил Чанбина, после которого все его представления о любви, отношениях и квирности не перевернулись с ног на голову

— Если ты переспишь с Хенджином, будучи топом, то с меня… три тысячи баксов, — с вызовом бросил Сынмин. И Джисон согласился на спор, потому что легкие деньги вскружили голову. Но кто же знал, что завладеть Хенджином будет не так легко, не говоря уже про «затащить в постель»? И кто же знал, что Джисон на самом деле влюбится в того, кого ненавидел? Никто.

– Спокойной ночи, хён! – Сынмин машет Минхо, когда они расходятся.  – Что это было? – как только они оказываются в его комнате, Чанбин прижимается губами к шее своего парня. – Хён помогал мне с некоторыми движениями. Надеюсь, что разберусь в них до нужного времени, – Сынмин отвечает чистую правду, опуская лишь некоторые детали, что помощь Минхо заключалась в прогоне не танцевальных движений, а секс-движений. Или: Сынмин хочет объездить Чанбина, поэтому спрашивает у эксперта несколько советов

Секс за деньги? Отличное решение. Когда один из вас богат и одинок, а другой красив и нуждается в деньгах…

— Тебе пора прекращать делать вид, что ты по омегам, — Минхо пожимает плечами и делает глоток коктейля. — Да нравятся они мне! — возражает довольно громко, что пара соседних столиков оборачивается к ним. — Да что ты? Именно поэтому, когда пьяный, ты рассказываешь о том, как мечтаешь объездить чей-то член? — Окей, сейчас я бахну ещё пару стопочек, а потом мы едем в клуб и я высматриваю там кого-то симпатичного, — вздыхает Хёнджин и откидывается на спинку дивана.

Со Чанбин действует Хёнджину на нервы с самого первого дня знакомства, да и каждый последующий день тоже.