У Хёнджина был тяжёлый день и он думал лишь о том, чтобы наконец лечь спать в уютную кровать. Вот только буквально перед дверью он понял, что забыл ключи на работе. Будить Минхо не хотелось, но спать в подъезде хотелось ещё меньше.

Хёнджин старшеклассник из элитной школы, который нашел себе парня постарше

- Ты так красиво рассыпаешься на кусочки. Так красиво.

Хенджину весь день плохо. И Минхо, возможно, слишком сильно переживает за младшего, находя таинственные ключи от машины.

Лучшим и достаются лучшие, верно? Именно поэтому у Минхо есть Хёнджин.

— Ты сейчас полетишь отсюда, мудак, — плюется старший, не в настроении вообще контактировать с такими придурками. Но стоило тому засветить тем самым кольцом, Ли глаза раскрывает так, словно призрака увидел, — Прикольно наверное получать везде первое место, хах — от неожиданности Хенджин даже воздухом давится и начинает громко кашлять, резко затыкая рот Минхо своими пальцами. «Заткнись», — шипит младший, — А то что?

Можно ли любить сразу двоих? Минхо с уверенностью скажет: «Можно».

Первое правило клуба - тайна. Нельзя нарушать приватность и даже не желательно знать друг друга в реальности. У Минхо есть тот, без кого он уже не мыслит своего существования. Его тайный возлюбленный, который владеет всеми мыслями Минхо. Иллюзия разрушается, когда реальность вносит свои коррективы. И пережить столкновение с ней кажется уже невозможным…

Минхо устал проклинать день, когда он подписал контракт и стал режиссёром мелодрамы. Нервная система вышла из строя ещё на съёмках первого эпизода, а всему виной отвратительный, ну просто бездарный сценарий. Хёнджин никогда не отрицал, что у него плохие тексты.

Минхо даже предположить не мог, что, отучившись на инженера, пойдёт работать в индустрию порно разработчиком секс игрушек. Как бы странно это ни звучало, он вполне доволен своей работой и бонусами (читай: Хван Хёнджином), что она ему даёт.

Хёнджин стеснительный парень, что боится купить смазку и презервативы, а Минхо милый аптекарь, который предлагает тому свою помощь.

После выступления хёнхо на фанмитинге, грех не написать фанфик

— Скажи, хён... – зовёт брюнет, а голос сиплый, охрипший. Кажется, всё-таки плакал, и Лино хочется душу продать, лишь бы больше слёзы не стекали по лицу парня. – Почему меня ненавидят? Что я сделал этим людям?.. Минхо как-то не думал, что слышать подобные слова от своего донсэна будет так больно.

Хёнджин давно обратил внимание, что Минхо носит подаренные им браслеты из бисера, почти не снимая. Это льстило, но в то же время вызывало много вопросов. Неужели так понравились? Или дело не в браслетах вовсе...

На всех листах десятки Минхо. В большинстве случаев он сосредоточен, но есть и рисунки, где старший улыбается. На этих набросках старший красив невероятно, и парень не может отвести взгляд. Он давно сам себе не нравился, но почему-то на этих рисунках каждая его черта просто потрясающая. Но потом Минхо понимает, что все эти наброски излучают невероятно сильную энергию. Его щеки краснеют. Иногда он жалеет, что рисует всю свою жизнь. Потому что он видит в рисунках любовь. Невероятную любовь.

Нет, это не история о том, как "плохой парень" влюбляется в "хорошего мальчика" и меняется ради него. Минхо не изменился, лишь стал зависим.

Понимаете, я не тот тип людей, которые улыбаются без повода. Но моя пара — мой главный повод для улыбки. Сам того не замечая, мой избранник заставляет меня всё время ходить с улыбкой до ушей. Даже от простых мыслей о нём, губы сами растягиваются. Он делает меня безумно счастливым. И самое прекрасное во всём этом то, что это взаимно. Я люблю, и я любим.

— Хенджин-а, сколько можно спать? Вставай уже, — Минхо мычит, хотя сам не может открыть глаза. Феликс заглядывает уже третий раз, нервно хмуря аккуратные бровки. — Ты сдох, что ли?

– Смотри на меня, Хёнджин-и. Смотри в глаза, – он повторяет, пока не добивается затуманенного, умоляющего взгляда в ответ из-под слипшихся тёмными треугольничками ресниц. – Смотри. Хёнджин безупречный, от его красоты, приведённой в полный беспорядок, перехватывает дыхание. Минхо чувствует себя жадным, алчным, жаждущим поглотить его всего без остатка.

— Если Париж – город искусства, то ему не хватает одного музыкального шедевра. — Какого? — Твоих стонов.