Бегунок на куртке скользнул вниз, но холода Антон не почувствовал. Снег на варежке Волчонка таял и ледяные капли стекали по шее Зайчика вниз, на ключицы, за шиворот свитера, по спине. И у Антона вставало, когда Волчонок сдавливал его шею сильнее. Он нежно скулил, наслаждаясь тем, как хриплый голос из-под маски называл его "своим милым Зайчиком".

Растрепанные, как у ангела, белые пряди разметались на подушке, тонкая рука художника с изящным запястьем покоилась рядом, в комнате раздавалось мирное посапывание. Ромка, вот уже как минут пять всё сидел на полу в комнате Антона, и нагло не мог отвести взгляда от этого зрелища, ну никак.

Нет, Тоша отчасти мог их понять. Сегодня ночь выбора, у всех гормоны скачут как Неаполитанский жеребец. Но это же не значит, что надо посреди стаи бордель устраивать.

au, в котором Рома - наследник леса, а Антон - его возлюбленный, который не восхищен идеей стать королем нового Хозяина.

Руки у Ромы большие. Антон бы описал их стереотипно, но коротко и ясно – мужские. Настоящие, с огрубевшей и чуть почерневшей кожей на боковых валиках у ногтей (коротких и тонких, формой лопатки) с ярко выраженными костяшками, что будто натягивали бледную, от недостатка солнца, кожу.

— Антон! — глаза Смирновой загораются плохим винным блеском. — Давай я тебя накрашу!

Катя подначивает - Полина крутит. Бутылка останавливается и идеально указывает в сторону Пятифана. Что-то в толпе взрывается, возможно, это какая-то часть Антона. Петров вздрагивает от гула и поворачивается, смотрит на ненормального Рому, не скрываясь и даже подбираясь на стуле. Воздух ощущается пленкой.

Роме было мало. Он хотел оставить множество укусов и засосов на белоснежной коже, осыпать ее тысячей поцелуев и исследовать каждый сантиметр. Хотел завладеть этим телом, присвоив его себе, чтобы больше ни одна живая душа не смогла даже дотронуться до него.

В тот день Полине хотелось лишь одного: чтобы Петрова никто из шайки Пятифана и пальцем больше не тронул. Поэтому она решила использовать манипуляцию на Ромке во благо, но совсем не ожидала, что все её старания выйдут боком. А уже тем более выйдут дружбой, которая совсем отобьёт у Морозовой мальчика.

- А ты что, еще нет? Да я столько раз, что тебе и не снилось!

— не бойся ты так, я тебя от любых монстров смогу защитить, трусливый зайчик.

– Рома? По лицу расползается смятение неожиданной встречей, и Антон уже хочет закрыть книгу, как Рома сначала медленно и неуверенно тянет к нему руку, а затем кладёт свою ладонь поверх его, чем передаёт ощущение внезапного трепета, и Антону кажется, точно его накрыли сачком: поймали, не повредив ничего, и потому Антон совсем не против. – Мы вместе можем, – неловко выдаёт Рома, накрывая второй рукой затылок, – п-почитать…

Антон любит прекрасную брюнетку постоянно проводит время с ней... Ромку начала бесить "первая скрипка школы" хотелось избавиться от неё, чтобы зайчик принадлежал только ему.. Кто-то посмеет забрать Петрова? Хулиган примет меры...