— Как же я заебался! В этом костюме просто невозможно работать! — пробурчал Хëнджин, снимая голову Микки Мауса и поправляя прилипшие ко лбу волосы. — Солнце, потерпи ещё три дня. Получим зарплату и две недели будем колесить по Штатам в своё удовольствие. — Тебе легко говорить, Ликс, ты ëбаная принцесса! А я в этой кукле даже дышать нормально не могу… — Хван смерил парня взглядом и добавил уже тише. — Нет, я всë-таки до сих пор не верю, что тебя взяли косплеить Эльзу!

Хван Хёнджин хорошо помнит тот день. День, когда в его монотонной, приглушенной будничными тонами, занятой жизни появился он. Прокрался, как баг незаметно, взломав всю систему привычной жизни доктора Хвана.

Воспоминания нам нужны для того, чтобы иногда возвращаться туда, куда уже невозможно вернуться. — Ты знаешь, что перед тем, как исчезнуть с небосклона, звезды оставляют после себя взрывы? – неожиданно сменил тему Хенджин, привлекая к себе внимание Феликса. — Правда? — Да, – Хван провел по его волосам и улыбнулся, заглядывая в глаза. — Феликс, давай будем, как звезды: оставим в этой жизни после себя несколько ярких взрывов. Вместе и до конца.

— У каждого есть секреты, Хенджин, – Феликс слабо улыбнулся, болтая ногами из стороны в сторону. — У кого-то несколько скелетов в шкафу, а у кого-то, как у тебя, целый гардероб. — А у тебя? – поинтересовался Хенджин. — Есть секреты? Воцарилась тишина, как перед надвигающейся бурей. — А у меня только один – это ты.

Хван Хенджин коллекционировал бабочек и Феликс не стал исключением. Он был самой красивой бабочкой в его коллекции. — Ты влюбился в меня, как глупо, – смеялся Хенджин. — Почему же? — Согласно эффекту бабочки, каждое, даже самое незначительное событие, каждое решение и фраза может изменить ход всей нашей последующей жизни. Один взмах крыльев и сердце быстрее бьётся в груди, второй взмах и окрыленное чувство – любовь. — А третий взмах? – спросил Ли. — А третий – смерть.

от них остались раскраски, отзвучавшие песни, огромный свитер мелкой вязки, кассета 2002 года с французским мюзиклом «roméo & juliette: de la haine à l'amour» и драконы.

История о том, как Хёнджин поступил в академию искусств, будучи начинающим художником, а на втором этаже был факультет, в котором учились вокалисты и танцоры. "Один рисунок, второй рисунок, третий рисунок... На каждом из них - ты. День за днём, портрет за портретом. Кажется, я становлюсь одержимым тобой, Феликс"

— Не смотри на меня так. — Как? — Будто у нас свидание. AU, где Феликс давно осознал свои чувства, а Хёнджин — самый настоящий айсберг, к которому не подобраться.

Лучший способ отомстить своему сопернику - это переспать с его братом. Только Хенджин мстить не хочет.

Возможно, я схожу с ума. Мне хотелось бы думать, что я сумасшедший и всё, что со мной случилось – не более чем воспаленные фантазии больного. Потому что если на секунду предположить, что я всё это планировал в здравом уме, мне становится страшно. Я не плохой человек. Я просто влюблен… Нечеловечески… Безумно…