Сонное царство. Скука, как нуга, одолевала и разливалась по телу жителей каждый день. Но было маленькое исключение, открывающее что-то новое для себя каждый день. Девочка Клава, белокурая выгоревшая на солнце, жила на самом краю деревне вместе со своим Дедом, чёрным ленивым Котом да Собакой. Были у неё только эти троя, других родственников ни в деревне, ни в ближайших или дальних местах не водилось.

– Ты чего такая глупая? Ты знаешь, что Триш почти зашла в кабинет? Она бы убила тебя! – О, и я очень люблю наших детей. Но я здесь и не для того, чтобы быть убитой. Млям нахмурился, помялся и подумал. И наконец-то притянул Тис к своей груди, обещая мысленно, что это лишь на мгновение. Всего несколько секунд и он, не смотря на то, как маленькие руки эльфийки обвивают его за торс, оттолкнёт её. Млям сможет. Млям оттолкнёт, правда. – Если ты пришла убить меня, то выметайся сейчас же.

По ночам в этом мире ужасно светло. И небо такое, лососевое.

было несколько фактов, лежащих на поверхности. самый очевидный — с Лаенгтон что-то не так. или: четыре раза, когда Аллан замечает, что с Терри что-то случилось, и один раз, когда Терри говорит что.

Соврать, что только этого она и хотела. Соврать, что никогда не любила. Соврать, что не понимает в чём её вина. Утопить все воспоминание в алкоголе, чувства – в веществах, а потом рассмеяться и послать всех. Не думать о завтра. Не думать, о том, как теперь жить дальше. Не думать, получится ли однажды отпустить.

иоанн думает о яблоневых цветах. пусть это будет последняя мысль перед смертью. они хотя бы не уродливы. они хотя бы красивы и красотой своей перекрывают все ужасы этого мира. иоанн готовился умереть. иоанн умрёт этим днём.

Засыпать с липкой от слёз кожи и с мыслями о смерти не было чем-то новым. Но в этот раз всё было по-другому. Иногда она засыпала, откровенно фантазируя о смерти. Терри было интересно, что она повлечёт за собой. Какие изменения произойдут в её семье? Как отреагируют родители? Наверное, не очень красочно и достаточно сдержанно. Ограничутся печальными взглядами у её гроба и не позволят себе большего. Но Терри не хотела умирать. Хотела, чтобы всё изначально было по-другому.

Начало весны и начало пути. Начало затяжного периода ожидания осенью, холодная зима и первый день весны. Жёлтый лак, почти сползжий с ногтей и воспоминания о случайном касание. Верту так сильно нравится всё в Итане.

Сотни раз молчать в телефонную трубку – так и не сказав главного. Понять, чтобы полюбить. Облажаться – потерять на всегда, без шанса вернуть.

— А вы сами кто такой, чтобы отчитывать меня?! Я вырастила ни одно поколение настоящих гениев и все они были прилежными учениками, которые посещали каждое занятие, а не шаталась чёрт знает где! Грейсон кинул на неё спокойный взгляд. О, как же эпично он мог бы сейчас отпить свой виски. — А я, мадемуазель, опекун этого ребёнка.

— Нет-нет-нет. Ты замечательный. Ты самый-самый замечательный и больше всех заслуживаешь всего самого лучшего на свете. Егор машет головой и на губах расцветает горькая улыбка. — Всего самого лучшего, но не искренности, да?