— Я показал тебе свое истинное лицо, — выдохнул он в губы напротив. — А теперь скажи, чего ты хочешь. — Тебя.

Проявления ласки, прикосновения и сладкие слова на публике - сильная сторона Вэнь Кэсина, хотя это не значит, что у Чжоу Цзышу нет своих способов. Или по случайному стечению обстоятельств Чжоу Цзышу находит пару способов заткнуть рот Вэнь Кэсину.

Стоило бы сказать: «я скучал». «Я такой придурок». «А ты скучал, лао-Вэнь?» Вэнь Кэсин млеет, глубоко выдыхает и, прикрывая глаза, падает затылком на чужое плечо, ловя кайф с каждым вдохом через рот. Чжоу Цзышу очарован; он рвано стаскивает штаны с худых бёдер вместе с нижним бельём, нарочно задевает пальцами горячий, влажный, почти полностью стоячий член и сухим пальцем проходится по ложбинке меж ягодиц, мягко напирая на сжимающийся вход.

Воспоминаниями, точно тягучая, резко бьющая в нос сладострастная патока, порой подкашивают с ног. Чжан Чэнлин улыбается…

У Вень Кэсина взгляд дикий, острый, словно лезвие меча. Чжоу знает этот взгляд, взгляд загнаного в угол зверя, готового на последний рывок, чтобы спасти свою шкуру или умереть в бою.

Чжоу Цзышу умирает. У них нет способа спасения, а только последние дни. Совсем немного времени, чтобы провести вместе, пока смерть не разлучит их...

Вэнь Кэсин любит прикасаться к Чжоу Цзышу, ощущать тепло его кожи, грубость рук. Проводить кончиками пальцев по его натянутому телу, с тоской изучать каждый шрам, ловя себя на мысли «а что если…». А что, если бы он не успел? И сейчас бы ощущал под своими ладонями холодное бездыханное тело…

— Разве вы не должны были подуспокоиться после свадьбы? — нерешительно спрашивает Цао Вэйнин. — Подуспокоиться? — беззаботно переспрашивает Вэнь Кэсин, изображая на лице невинность и обмахиваясь веером. — Подуспокоиться по поводу…? Цао Вэйнин морщится. Чжоу Цзышу чувствует, как дёргается уголок его рта.

Даже боги не смогли бы забрать у него его родственную душу, его вторую половину, его самого близкого и любимого человека, ради которого он впервые за свои долгие годы захотел жить. Вэнь Кэсин был его спасением, его надеждой, его маяком в этом темном мире. Вэнь Кэсин был для него всем.

Чжоу Цзышу открывает глаза и видит беловолосого Вэнь Кэсина, теряющего сознание...

— А-Сюй, А-Сюй… Жизнь без тебя — бессмысленна. — Вэнь Кэсин разворачивается в объятиях Чжоу Цзышу и накрывает ладонями изящно очерченные скулы. — Я и раньше был готов умереть, а теперь и вовсе не страшусь смерти. Мы найдем друг друга в следующих жизнях. Разве тебе не интересно узнать, что будет дальше? — С тобой? Еще чего. — Чжоу Цзышу фыркает. | Или: спустя тысячу лет Чжоу Цзышу и Вэнь Кэсин спускаются с гор.