Меньше всего аль-Хайтам ожидал обнаружить на художественной выставке портрет самого себя в эстетике древнего Сумеру. И уж тем более не предполагал, какие чувства и воспоминания всколыхнёт в душе картина и образ её художника-солнца, с которым они явно (точно?) раньше не были знакомы. Но Кавех спрашивает: "Ты веришь в реинкарнацию?" и стойкому, полагающемуся на логику и доказательства рассудку приходится пройти долгий путь, чтобы ответить на этот вопрос.

После смерти отца Кавех тщательно скрывает свою вампирскую сущность. Он не готов мириться с тем, что на него будут коситься, не готов мириться с тем, что должен хотя бы раз в месяц пить кровь, не готов мириться с жилистой шеей Аль-Хайтама, сидящего перед ним на лекции.

— Иногда ты поступаешь со мной слишком подло, — тихо шепчет Кавех и едва не прикусывает язык, осознав, что именно только что произнёс. Лучше быть пьяным, чем до смерти уставшим. Так, по крайней мере, он болтает без умолку безобидную правду всем вокруг, а не аль-Хайтаму. Потому что есть вещи, о которых не принято говорить вслух.

Один ужин, полный новых открытий и взаимных чувств.

Вернуть должок бывает тяжелее, чем его занять. Купить ящик вина на деньги человека, которому должен и без того внушительную сумму - уже задел на интересную историю. Вот только чего Кавех не ожидал, так это то, насколько сильно алкоголь сможет изменить поведение Аль-Хайтама и как быстро он из серьезного человека превратится в того, кто основательно решит изъять долг немного нестандартным способом...

Приватный вечер в Академии. На таких мероприятиях обычно собираются многие доверенные лица и бесчисленное количество учёных. Кавех и Аль-Хайтам здесь всего тридцать минут, а исследователь уже поймал себя на мысли, что безумно ревнует Кави к какой-то женщине, с которой он увлечённо беседует за бокалом вина. Кто бы мог подумать, что Хайтам тоже умеет ревновать? Хотя, его ревность немного отличается от привычного другим её понятия и Кавеху об этом только предстоит узнать...

– Внимание. Хэд на чувствительные руки Хайтама, а у Кавеха уши – А если наоборот? При этом Хайтам прячет уши наушниками, а у Кавеха длинные рукава, скрывающие руки. Нежные руки Кавеха, гладящие банки Хайтама это классно. Но только представь: деревянные от мозолей после письма подушечки пальцы своей лёгкой шершавостью при еле касающемся движении заставят Кавеха вздрогнуть. При этом грубоватые пальцы приятно уши не помнут. Для этого нужны нежные руки с ноготочками, что больше описывает Кавеха.

Аль-Хайтам ненавидел проигрывать, а Кавех терпеть не мог, когда он снова и снова пригонял ему угробленные на очередных гонках тачки. Эта работа насквозь пропахла машинным маслом, жженой резиной и бензином. Но всё же и здесь есть место нежному аромату цветов.

Жить с альфой, не имеющим пары, — та еще задачка. Временами Кавех справляется. Временами все идет кувырком//AU лев!Кавех и тигр!аль-Хайтам

— Спор есть спор, — говорит Хайтам, — станцуй для меня, Кавех//или история о том, как легко соблазнить неприступного альфу танцем наложника.

Понять чужие чувства бывает сложно, особенно учитывая, что вы — аль-Хайтам.

just кавехайтамовское кофешоп!AU или история о том, как Кавех устраивался в «AsalRuhi» на должность бариста с четкой целью не привязываться к чему бы то ни было, потому что думал, что это станет лишь временной подработкой на годы студенчества, a увольнялся с вагоном привязанностей, внутренних диссонансов и осознанием того, что задержался непозволительно долго для чего-то столь непостоянного и ненадёжного.