Стайлз готов поклясться, что у него нет никаких сверхъестественных способностей (разве что кроме сверхспособности доставать Дерека в два слова, а всех остальных людей - в пять), готов поклясться, что не записывался ни в какой Гринпис или Общество Помощи Сумасшедшим Оборотням.

Питер знает, что мальчику нужно много. Много всего - внимания, ласки, заботы, контроля, похвалы, поддержки, защиты. Стайлз слишком многое видел и слишком многое пережил за свою вовсе недлинную жизнь, чтобы довольствоваться тем, чем довольствуются обычные люди.

Как, тренируясь в воскрешении кролика, воскресить большого волка?

Дерек всегда думал, что дядя женится на какой-нибудь королеве школьного бала, которая будет лет на десять его младше, которая будет его боготворить, гладить ему рубашки и варить черный кофе по утрам. Питер бы беспрерывно ходил налево, не особо скрываясь от женушки, а она бы ему это прощала, отстирывая следы помады с воротников рубашек.

На самом деле Стилинки не был таким уж шумным, особенно по утрам, и это Питера вполне удовлетворяло - Стайлз тихонько напевал, когда готовил завтрак, улыбался с той нежностью в глазах, которую Питер за всю свою жизнь видел только в нем, говорил немного и тихо, предпочитая словам прикосновения, плавно перетекающие в ласки. Паршиво было одно - мальчишка редко оставался на ночь, а если и оставался, то рано утром, только накормив своего волка завтраком, сматывался из квартиры.

Научные достижения - это прекрасно. Доведя планету до истощения, а нации до третьей мировой войны, человечество планомерно шло к самоуничтожению. Оборотням, почти нечувствительным к радиации, оставалось только ждать, когда череда ядерных атак выкосит две трети человеческого населения планеты. Человеческий род не был уничтожен, и порабощен тоже не был. Просто у них не осталось другого выбора: люди стали одновременно дешевой рабочей силой и элитными игрушками для бизнесменов.

Нет, Стайлз определенно не чувствовал никаких “уколов ревности”. Просто в его шебутную голову закралась одна мысль, никогда не приходившая раньше.

Стайлз заблудился, а у Питера есть печенье. [ака еще одна история, где Питер встречает малыша Стайлза, который, конечно, его пара]

Возможно, Стайлз потратил слишком много времени на неудачные попытки, но теперь пришло время всё исправить. Даже если ему придется убить всех на своём пути.

В целом, Стайлз очень хорошо известен в сверхъестественном сообществе. Его особая репутация распространилась быстро, как лесной пожар. Но Талия Хейл не любит его, а стая оборотней обычно делает то, что говорит им их Альфа.

Стайлз проснулся в четыре дня от звонка телефона, потому что, очевидно, не знал о здоровом режиме сна и да, он ненавидел себя. Он вслепую нашарил его в кармане валяющихся на полу джинсов, продрал глаза и наконец ответил. – Как оно, Лидс? – спросил он, потому что знал, как она ненавидит это прозвище, но эй, она его разбудила! – Я убью Джексона, – провозгласила она с необычайной честностью. – Поздравляю?

Он плотно прижат спиной к Хейлу, от которого пахнет одеколоном и хвоей, он чувствует, как напрягаются мышцы живота оборотня, как его вторая рука держит его запястья. И он понимает, что у него встал.

В Бейкон Хиллс устраивают вечеринку в стиле Гэтсби. Приглашен каждый житель города, достигший восемнадцатилетия. Но неужели несовершеннолетние подростки пропустят такой праздник? Как бы не так!

Питер находит праздники неприятными, и его мнение о дарении подарков не подходит для воспитанной компании - по крайней мере, так говорила его сестра. Он думал, что его позиция по этому вопросу была совершенно ясна, но, судя по тому, куда он только что вошел, кто-то не получил сообщение. Этот кто-то-Стайлз, у которого есть неподготовленный, но тщательно продуманный план, как изменить мнение Питера. И может быть, по пути они оба вспомнят, что подарки на самом деле не являются важной частью.

Сборник драбблов.

Дерек тренирует своих волчат, а Стайлз решает «поиграть» с Питером...

В лишенном красок мире, алые губы - нонсенс. (c) AU, где мир лишен красок, пока, не встретишь свою судьбу. Питер возвращается в Бейкон Хиллс, Стайлз - слепой.

- Ты, кстати, пялишься. - Что? - Пялишься. Лидия заметила. И Эллисон, - перечисляет Стайлз, загибая пальцы. - Крис Арджент предлагал научить меня стрелять.

Вероятно, Стайлзу не стоило хвалиться тем, что он может справиться с выносливостью оборотня.

- Стайлз?- спрашивает Джон, включая свет, и Стайлз смотрит на него широко раскрытыми глазами, вспышка абсолютной преданности и душераздирающей радости проходит по его лицу, прежде чем все его лицо сморщивается. - Папа?" Джон никогда не видел своего сына таким или, может быть, видел, когда умерла Клаудия, но это как-то по-другому, больше и страшней, потому что он понятия не имеет, что происходит.