Кунигами уже успел выучить, что Чигири допоздна тренировался в одиночестве, а утренние тренировки таковыми не считал, в столовой сидел один и выскальзывал в душевую тоже — лишь тогда, когда все из неё возвращались. Кунигами казалось, что его эгоистичное желание быть с Чигири как можно чаще, полностью не реализовывалось ввиду нелюдимости Чигири и его собственной вежливости. Если бы не один странный, но счастливый случай.

Привязанность — удел проигравших, а все проигравшие рано или поздно будут забыты — гласит безумная улыбка Эго. Чигири, глядящий в его пиксельные глаза сквозь жидкокристаллический дисплей, с завидным упрямством отказывается забывать.

Прежде он и подумать не мог, что член Чигири окажется в его глотке раньше, чем отпечатается поцелуй на губах. А ведь тот, прежний Кунигами, когда-то грезил именно этим. Нынешний он предпочёл бы об этом не вспоминать.

Хёму очень смущало внимание парня с апельсиновыми волосами, хоть они и никогда не разговаривали. Он чувствовал его взгляд на себе, его легко было отличить от взгляда других ребят из команды.

Разве кто-то мог предположить что в «Синей тюрьме» где правит только эгоизм и самолюбие, появится такое нежное и мягкое чувство как любовь?

Он украдкой смотрит на Ренске. Тот выдыхает морозное облачко пара, продолжая пить свой глинтвейн и точно так же украдкой смотреть на Чигири. Хёма резко отводит взгляд, смущается — и так происходит всегда. Ему нравится эта взбудораженность перемешанная со смятением, которая возникает от случайных прикосновений или зрительного контакта с ним. Но сейчас, во взгляде Кунигами нет ничего, кроме отчаяния и пустоты.

Самый большой эгоист на свете в ярости, когда Бачира дразнит его.

Свободное время Наги предпочитает тратить на игры и стримить, а незнакомец под ником Рео — тратить деньги и флиртовать.

«Нет, сидеть больше не будем. Спать хочу, да и меня уже ждут в кровати. Всем спасибо за стрим и пока». Кто именно ждёт его, Наги решил не уточнять. На тот момент он даже не думал, какой взрыв может произойти под утро после этих слов.

Рео вымученно стонет, окончательно отдаваясь на растерзание сухим и противоречиво нежным губам Наги. Почему никто не объяснил ему, что нельзя быть таким искренне непосредственным и экстремально горячим, словно пламя мифического Тартара? Его ладони издевательски медленно скользят выше, к чувствительным соскам, которые он ненамеренно задевает шершавыми подушечками пальцев, и грудным мышцам. Микаге нетерпеливо сучит ногами, но на Наги его капризы впечатления не производят.

Он не привык. Или же уже давно смирился с тем, что после уроков, как принято, за лично составленным графиком, один парень тащит вечно сонного Наги на футбольное поле школы. Честно говоря, он и сам пока не до конца осознает, почему это делает и, смотря на, каждый раз одинаково счастливое лицо фиолетоволосого, задается самонапрашивающимся вопросом: «Почему?».

— Что? — возмущается Рео, отлепляя его от себя и даже отодвигаясь. — Ты должен был возразить мне и сказать, что это лучшее, что происходило в твоей скучной жизни. — Это твоя жизнь была ужасно скучной, пока ты не нашёл меня, — Наги шутливо толкает Рео, прижимая его к плечи к полу и нависая. — Она была просто отвратительной. Ску-у-ука.

после ссоры с родителями и долгого шатания по улицам города, рео идёт в единственное уютное место, где ему будут рады.

После того, как Наги нарушил обещание, Рео всецело завладела ревность, но он и подумать не мог, что именно послужило причиной ухода.

И с таким рвением и красочностью преподносимая ребятами сенсация оказалась... засосом на шее Наги. От разочарования у Чигири вытянулось лицо. Неопределенно качнув головой, он демонстративно вернулся к просмотру футбольного ролика. Во время отдыха в Блю Локе совершенно нечем заняться.

Сейширо вздрагивает, едва не выпуская беспечно из пальцев мышку, когда Микаге, вдоволь насладившись манящими крепкими бедрами, накрывает губами выпуклость на его шортах. Предельно медленно ласкает сквозь ткань, языком обводит проступивший контур члена, гладит по напряженным ляжкам, играючи гоняя под ладонями непроизвольную дрожь, словно ему совершенно ничего не стоит выдернуть Наги из его персональной виртуальной реальности.

Об этом никто из двоицы жалеть не будет, пускай придется искать оправдание их двухчасовому отсутствию

У Рео довольно часто бывают сильные приступы паники, и Наги застал один из них.

Закадровая сцена

— Всегда скучаю по тебе, Рео. Признание заставляет сердце Рео трепетать, его руки тянутся, чтобы нежно обхватить лицо Наги между ними, когда он, наконец, снова смотрит в его глаза, почти лишенные всякого цвета, и Рео хмурится. — Наги, — его руки нежно сжимают лицо Сейширо. — Когда ты в последний раз ел?