— Если бы завтра настал конец света. Хуяк, и нет к хренам человечества. Что бы тогда ты делала оставшееся время? — Я бы пожила напоследок. Тогда и умирать будет не так обидно, если знать, что хотя бы один день был именно таким, как хочет твое сердце, душа и все такое. Жить коротко, но ярко, да?

Они сидели рядом, прислонившись плечами, пили горячий чай, слыша, как тикает настенные часы в кухне, как по подоконнику барабанит дождь. Свет лампы был мягким, будто растекался по комнате. Все звуки казались важными — даже глоток из кружки, даже дыхание. Всё напоминало о том, что они живые, молодые, немного растерянные, но вместе. — Первая ночёвка получается? — тихо, почти шёпотом, спросила Кира. — Получается.

Я клятвенно обещаю быть с тобой всегда, держать твою руку крепко, как могу.

Изначально клуб дуэлянтов «Чёрная весна» позиционировал себя как тайное сообщество, и все его участники свято верили в идею сохранности тайны своей деятельности, пока во время очередной дуэли одному из них не пришло в голову посмотреть вверх, на скалы. Именно на краю обрыва Иван Кислов по прозвищу «Киса» обнаружил наблюдающую за ними девушку, с которой он уже ранее сталкивался на том же месте.

Здесь и сейчас только она — черные глаза обжигают ванино лицо, а нежная холодная рука сползает по худаку ниже, затем проскальзывает под него, леденя кожу. Пальцы ведут вверх — до места недавно набитой татуировки, и Ваня еле слышно шипит.

Послышался скрип двери. Она повернулась. Это Ваня зашел. — Что ты здесь делаешь? — спросила дрожавшим голосом девушка. — Это же наше место. Я пришёл сюда, чтобы посидеть и… Ты плачешь? Она не знала что ответить. — Клянусь, если тебя кто-то обидел, то ему 30 шагов! — Кислов быстро подошел к дивану, снимая куртку, и уселся рядом, обнимаю Киру.

И всё-таки, ревность - страшная штука.

11Б в полном составе стоял за дверью спортивного зала, где и будет проходить выпускной. Все, кто там присутствовал разговаривали друг между другом, вот только Лиля волновалась: постоянно теребила подол своего платьица, до крови закусывала губу и хрустела пальцами. По всей видимости, за этими короткими нервными жестами наблюдал только Кислов. Он подошел к его Карамельке, – да, именно так он называл ее в своих мыслях, – и тихонько прошептал: — Тише, Карамелька, не переживай, я рядом.

Когда Киса- спичка, разжигающая огонь, Луна - воздух, дающий либо потухнуть, либо возгореться.

У кисы была сестра, с которой отношение не ладилось совсем, как бы парень не пытался найти подход к ней, она предпочитала игнорировать попытки брата наладить контакт.

Киса многие годы тайно и безответно влюблен в одноклассницу, Марию Вишневскую. Или как ласково он ее называет - Вишенку. Свою любовь он проявляет в виде безобидных шуток в сторону девушки. Но однажды Маша влюбляется в Мела. Друга Кисы. Киса не привык соперничать с кем-то за объект своих грез. Так и начинается история завоевания Вишенки

Она была его первой любовью, мечтой. Мечта улыбалась другому мальчику. Мечта проводила время с другим мальчиком. Мечта была несбыточной. Хотя, стоило ему тогда лишь заговорить с девочкой, он бы все понял. Не пришлось бы столько ждать.

— Обними меня, пожалуйста. — Тихо просит она, убирая руки от плеч. Ждёт чего угодно, в основном, что такой человек как Ваня не станет этого делать, какое ему до неё дело. Он обнимать не станет, не проси. Понимает Аня сама, но просит с надеждой с пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста в своей голове. На улице пиздец как холодно.

Одна бессмысленная игра — глупо, одна бессмысленная игра вместе с другой — ещё глупее. Вот только это действует ровно до того момента, пока алкоголь не охватит разум, полностью отключая его, а зрачки не станут настолько широкими, что радужки как будто и вовсе никогда не существовало. В этой ситуации остаётся положиться только на чувства.

— А ещё я пиздец как к тебе привязан. И если бы не смог защитить, то не знаю, что сделал бы.

— Я уже сам жалею, что мы глянули этот фильм. Кто ж знал, что ты такая трусиха. — Ты и знал, ты всегда меня так называл, забыл? — Белла щурится, пытаясь раствориться в легком запахе никотина, боится отпустить ладонь Кисы, потому что повсюду мерещится страшное нечто, готовое ухватить за пятку. — Не бойся ложиться на краю, все равно кусну за бочок, — Белла хмурится на смешки Кисы. Может, ночевать у него было не самой лучшей идеей.

Я был огнем,а ты была водой.Ты постоянно тушила меня,но теперь тебя нет рядом.Я думаю,я не справлюсь.Ночные кошмары о тебе,не дают покоя.Боль в сердце отдает по всему телу.Я не дам тебе забыться в море.