Чимин оглядывается по сторонам. Вокруг все серое. Здания, асфальт и люди. Молчаливые, неулыбчивые, они идут по вымощенным серым камнем бульварам, недовольно поджимая губы. Небо затянуто тучами и смогом. Чимину кажется, что он попал в другой мир, стал героем старого, черно-белого фильма. Чимин обнимает себя за плечи и вспоминает заголовок из одной газеты, он гласил: «Welcome to the cine-film». Добро пожаловать на кинопленку.

Заглянув на свою старую почту, Хосок удивляется. Удивляется не наличию письма, а постановке слов в нем: «Добрый день, мистер Чон. Мы снова женимся и хотели бы воспользоваться вашими услугами. Предложение довольно деликатное, потому что дата выпадает на Рождество. Мы понимаем, что это семейный праздник, который не располагает к работе, но мы готовы покрыть все неудобства суммой гонорара». Снова женимся? Это какой-то тематический праздник в честь десятилетия совместной жизни, или?

Чимин не самоубийца. Он абсолютно точно не собирается умирать раньше времени, у него еще столько лет жизни впереди и столько не выполненных дел. Однако на бал к вампирам он заявляется без лишних раздумий.

Сколько Чимин себя помнил, с ним вечно творилась какая-то хрень, от которой не спрятаться, не скрыться.

— Кстати, где Чонги, у него снова смена? Скажи, чтоб взял выходной, а то заработает переутомление. — Обязательно скажу. Чимин обнял на прощание друга и даже улыбнулся, перед тем, как закрыть дверь. Чимин понимал, что Чонги больше нет, но как сказать об этом он не знал.

Юнги мысленно считает до десяти, надеясь что путь свободен и вылетает из подъезда на низком старте. Пара мгновений и он перед лестницей ведущей вниз, а на ее середине котенок с выпученными глазами, шипит в прыжке. Шерсть дыбом, хвост трубой и пятнистая задница мелькающая уже в самом низу ступеней. Быстрый однако.

Мин Юнги, двадцать пять лет. Хочу денег и секса.

Сборник под девизом «Через тернии к звездам».

Юнги любит выебываться, Чимин, как оказалось, тоже.

— Я лунатик. — Лунатик? Это который родился? — Это который ходит во сне.

Маленькая сказка про большого дракона и его сокровище

Молоко, шоколад, тосты — это то, что нужно не забыть, то, что у Чимина значится в заметках. А в жизни у него хорошая работа, хорошая жена и хорошая дочь. Но однажды в список включается:«встретиться с Юнги» и все летит к чертям.

Знакомства бывают разные. Смешные и не очень, странные и нелепые. Глупые и заранее оговоренные. А бывают такие, что в страшном сне не приснятся и в голове не укладываются. Юнги с Чимином знакомятся в больнице. В операционном блоке, где врачи борются за их жизни, пытаясь спасти обоих.

История гласит, что если на теле появилась метка — быть беде. «Или не быть», — говорит детектив Мин и скучающе зевает... Или когда ты циник, алкаш, атеист — и тебе все по боку.

Чимин на два года старше, он прожил на два года дольше, съел на тысячу гамбургеров больше, но Чонгук продолжает смотреть ехидно и обзывать маленьким братом. Чимина это бесит и в один прекрасный момент он решает Чонгуку отомстить. Со вкусом, с фантазией и всем накопленным негодованием. Или как Чимин решил соблазнить отца своего сводного брата и стать ему отчимом.

Цыплячего цвета шапка слетает, открывая вид на крашеные яркие волосы. Розовые волосы, а к ним желтый пуховик. Юнги видит, как из-за горизонта выкатывается солнышко и расцветает сакура. Теперь совсем другое дело. Пусть на улице все так же промозгло и слякотно, на душе у Юнги потепление.

Чимин спикирует с небес ради Юнги. А благодаря ему, падает еще ниже.

Чимин думал, что такого богатого, умного и галантного мужчину, еще поискать надо. Впоследствии он узнает, что таких действительно только искать, чтобы знать в лицо и держаться подальше.

Юнги бог смерти, и его сложно чем-то удивить. Впечатлить тем более. Но потом появляется Чимин. Он Юнги не удивляет и не впечатляет, он умудряется его заинтересовать. Заинтересовать настолько, что бог, который создан убивать, вдруг начинает ценить и беречь одну человеческую жизнь.

Юнги первый раз за долгое время сам себе покупает кофе и сам стоит за этим кофе в очереди. Юнги раздражен, раздосадован и зол. Поэтому когда какой-то олух перед ним делает заказ и начинает медленно отсчитывать копейки, Юнги выходит из себя. А потом раздражается еще больше, потому что все смотрят с немым осуждением.