Минхо ощущал каждой клеточкой своего тела, что под ним сокрыт целый зверь. Когда он освобождался от цепей и выходил на охоту – он рвал зубами человеческую плоть, потроша ее на куски. Ему не страшна ни кровь, ни крики, ни боль. Он этим питался. Он этим жил. И Минхо думал, что всякий входящий в больничное крыло будет остерегаться его клетки, однако что-то явно пошло не так, когда однажды новый лечащий врач с теплотой в голосе начал называть его просто-ласково – Котёнком.

В пекарне терпко пахнет свежим хлебом и сладким ванилином. От некоторых стеллажей тянет цедрой свежих цитрусов. Перед витриной с тортами вьётся аромат какао и корицы. Однажды вечером это стандартное соцветие разбавляется тонкой нотой табака

Минхо - новый сотрудник, который впервые закрывает смену; а Джисон убегает от преследования, рассчитывая подкрепиться в кафе своего друга. — Предложи мне войти, — тараторит он, — быстрее, пожалуйста. — Ага, может, тебе ещё и кофе сварить?

Загадав желание, Джисон получает совсем не то, чего хотел, и обретает способность видеть манометры окружающих его людей, отображающие текущий уровень возбуждения их владельцев. Да, это довольно странно, но ещё страннее то, что стрелка манометра Минхо постоянно на пределе, несмотря на то, что он – самый спокойный и сдержанный человек, которого Джисон когда-либо встречал.

— Губы у тебя красивые, — невзначай говорит Джисон. Старший секундно удивляется, но быстро сменяет недоумение хитрой ухмылкой. — А на вкус они еще лучше! — Дашь попробовать? — робко спрашивает Хан. Едва ли Минхо воспринимает эти слова за чистую монету — скорее, считает, что тот тоже шутит, поэтому вытягивает губы трубочкой, сказав прежде тихое: "конечно". Но Джисон серьёзен, как никогда прежде. Он прикрывает глаза и подаётся вперед сию же секунду, впечатываясь в губы Ли своими собственными.

За вас хоть раз платили в транспорте, когда вы забывали деньги? За опаздывающего в тот день Джисона да, только не какая-нибудь бабушка, а чересчур красивый одногруппник лучшего друга, которому после удачно пришлось писать курсовую работу.

– Последнее, чего я ожидал, это увидеть голого подростка в своей кровати! – взвизгнул Ли в трубку телефона, сидя на кухонной табуретке. – Эй! – возмутился парень, – мне, вообще-то восемь месяцев! – он обиженно выпятил нижнюю губу, хмуря брови. – Восемь, говоришь, – Хо отвлëкся от телефонного разговора, поворачиваясь на голос, – Это, получается, тебе примерно..м-м... Лет шестнадцать по человеческим меркам?

- Может прогуляемся, как закроешь смену? - Ах да, ко мне обращаться в соответствии с возрастом, я, все-таки, твой хен, а любые отношения, кроме дружеских, запрещены. Здесь мы работаем. - Так я Вам и не здесь предлагаю гулять. - Хам. - Хан.

Хан никогда не был собственником.. или был?

— Хён, у тебя есть мицеллярная вода? — Зачем тебе она? — Пить хочу, блять, хён, что за вопросы? Или Джисону сказали, что ему очень идёт макияж, поэтому он просит своего соседа и по совместительству лучшего друга накрасить его для очередной ночной смены в баре. А Минхо в свою очередь слишком влюблён в пудинги и, возможно, немного влюблён в Джисона, что просто не способен ему отказать.

Минхо появился рядом в мгновение ока. — Хани, ты ранен? — Тебе так нравится звать меня Хани, потому что это созвучно с honey? — шепчет Джисон. У него слишком мало сил, чтобы фильтровать речь. Или: флирт, сражения и летающие скейтборды

Чикаго, ночь, круглосуточный Макдональдс. Два человека на все заведение и два абсолютно идентичных (за исключением разных соусов) заказа, которые все равно умудряются перепутать.

— Боже, если ты есть, прошу. Пусть ко мне не подселят какого-нибудь идиота, — Ли соединил ладони в молящем жесте, возведя глаза к потолку. Темноволосый парень, стоящий в очереди на распределение в комнаты общежития, громко чихнул.

Волею судьбы оказавшись в кошачьей шкуре, Джисон долгие годы жил обыкновенной жизнью бродячего кота. Но всё изменилось, когда он попал в руки кошатника-Минхо. История о жизни заколдованного парня, который влюбился в своего "хозяина", но не мог так просто вернуть себе человеческий облик~

Кота по имени Минхо, зашуганного и потрепанного жизнью, забирают добрые руки в теплую квартиру, подарив новую жизнь. Однако он не подозревал, что спустя год в квартире появится еще одно такое же необычное существо, как и он, а именно - белка Джисон. Они смогут превращаться в человека после своего совершеннолетия, а до него они воодушевленно дерутся до потери пульса, обзываются, словно малые дети, и кусают друг друга за хвосты.

— Суни, мне жаль, но ты должна уйти, — проворковал Джисон, поднимая её с колен Минхо и ставя на пол. Она потянулась и неторопливо пошла прочь. — Эй! — запротестовал Минхо. — Она грела мои колени. — А ты бы согласился на версию с парнем?

Джисон закрыл лицо руками и напряжённо провел пальцами по волосам. Он посмотрел на Хёнджина, пытаясь придать себе спокойный вид. — Знаешь что? Все хорошо. Я смогу сыграть эту глупую роль плохого парня. Я уже бил кого-то раньше. Хёнджин моргнул. — Ты ударил меня. А потом ты заплакал. *** Альтернатива: Джисону удается заработать репутацию плохого парня, а ещё он просто немного влюблен в Ли Минхо.

Все ожидали, что Минхо будет альфой, правой рукой Чана, который возглавил их стаю. Но луна решила, что он омега, и перевернула его мир вверх дном. Вот только Минхо был слишком упрям, чтобы позволить судьбе решать за него.

В мире, где существуют гибриды ещё не все люди привыкли к ним. Именно поэтому Джисону тяжело довериться людям. Но внезапное знакомство с Минхо меняет все.

в мире, где первые адресованные тебе слова твоего соулмейта, отображаются его почерком. каждое рождество минхо испытывает трудности.