Чу Ваньнин смотрит на него снизу вверх большими, слегка расфокусированными глазами, его рот влажный, и по подбородку стекает слюна оттого, что последние двадцать минут он согревает член Мо Жаня. ------------------------------------ или ------------------------------------ Случайная сцена из Мафия-AU приправленная Тасянь-Цзюнем, в которой Ваньнин был полицейским под прикрытием, но все пошло не совсем так, как планировалось.

У Мо Жаня в напарниках совершенно невыносимый андроид.

Гамма откашивается кровью, ловя глотками воздух. Дрожащая ладонь прижимается к губам, пытаясь затолкать обратно рвущееся наружу, скрыть то, что нельзя показывать. Он хрипит, скованный чужим темнеющим взглядом, пока мрак комнаты не пронзает багряный всполох – из истерзанных легких вырывается бабочка, окрашивая полог постели алым заревом. —Ваньнин, ты… Кто он? Кто, блядь, этот человек?! AU, в котором неразделенная любовь порождает болезнь: легкие поражены бабочками, медленно убивающими носителя.

Ведь хороший достался муж. Вернее, сразу два по цене одного. Только потребности у этих мужей разные, а еще один из них, похоже, с трудом считает до трех, и вообще, часто думает не тем, чем нужно. Хотя… а у них точно разные потребности?

Катастрофа разделила жизнь Мо Жаня на «до» и «после». «До» были мечты о том, как он мягко соблазняет Чу Ваньнина и открывает перед ним двери в мир чувственных наслаждений, а «после» осталась бездонная воронка, в которую затянуло все его надежды.

Соулмейт AU: после встречи с соулмейтом чувствуешь вкус еды, которую ест соулмейт. Чу Ваньнин задыхается от очередной порции перца, а Мо Жань боится, что его соулмейт питается одними сладостями, если вообще вспоминает о еде.

Чу Ваньнин растратил все свои кошачьи жизни на спасение других. Мо Жаню это не понравилось.

Зима не нравится никому. Никто не нравится зиме. Или AU!, в котором зимний дух Чу Ваньнин считает, что не способен приносить счастье, а Мо Жаню очень нравится хайтан в его волосах.

Чу Ваньнин совмещает чтение лекций и работу над очередным изобретением. Мо Жань ненавидит нового преподавателя, который с первого своего появления будто задался целью смешать с грязью не только его спортивную карьеру, но и все планы на жизнь. Обстоятельства вынуждают их сблизиться сильнее, чем кто-либо из них планировал, сильнее, чем это вообще возможно.

Чу Ваньнин — обычный, скромный управляющий пекарни с устоявшимся распорядком дня, до тех пор, пока однажды высокий, несправедливо красивый покупатель не начинает приходить и… флиртовать с ним?! Очевидно, что теперь у Чу Ваньнина есть только одна логичная задача: изо всех сил постараться отпугнуть этого клиента плохим обслуживанием.

Чу Ваньнину дарят сертификат в Спа-салон, в котором массажистом работает Мо Жань.

Наставник Чу снова болеет... (и парочка бонусных историй о всякой бытовухе)

Мо Жань был уверен, что это не больше, чем секс на одну ночь. До тех пор, пока он не понял, что не может выкинуть из головы образ спящего в его объятиях мужчины, и пока через несколько дней в университете не появился новый преподаватель.

Мо Жань не собирается слепо хвататься за незнакомца с меткой. Он нашел свою любовь и никакое херово предназначение этого не изменит.

Мо Жань считал, что смирился с мыслью о том, что Чу Ваньнин на него никогда ласково не посмотрит. Далекий от всего мирского, безупречный и холодный, как лунный свет — вот какой у него учитель. Порой хотелось сесть у его ног и завыть.

Мо Жань замечает, что Чу Ваньнин начал его избегать. Расстраивается, постоянно ноет Сюэ Мэну и Ши Мэю, а Ваньнин тем времнем просто ловит gay panic и не понимает, что делать

Все получают метку с именем того, кто предначертан судьбой. У Чу Ваньнина никогда не было метки, а Мо Жань ждал совсем другое имя.

Чу Ваньнин думал, что пришла пора увольняться, потому что если он и дальше будет замирать посреди урока, его просто вышвырнут из школы. Но как тут не замереть, когда за окном занятия у второклашек, и Мо Жань, увешанный учениками, как дикими обезьянами, показывает им, как правильно подтягиваться?

Чу Ваньнин подумал, что обречён, как только увидел тошнотворную шкатулку в руках Тасянь-Цзюня. Он ни разу не смог побороть зелье. Чем сильнее он сопротивлялся, тем унизительнее была развязка.

До встречи с Ваньнином спектр его чувств ограничивался сексуальным желанием, которое пропадало к утру. Он и подумать не мог что невинное касание губ и медленные несмелые прикосновения будут заводить сильнее, чем самые откровенные и умелые ласки.(Сборник историй о любви вдохновлённые различными фильмами)