«Звёзд вечное мерцание Не сравнится с блеском глаз твоих..» — Эй, Хан! — Что? — Ты снова залип. Джисон не отрывал свой цепкий взгляд от блокнота. — Да точно, прости, вспомнил кое-кого.

Джисон думал, что его день уже не может стать хуже, но, решив спасти незнакомца на мосту, он, кажется, только нашел себе новые проблемы. Минхо был уверен, что его не надо спасать, пока не встретился с Джисоном. Может ли одна случайная встреча изменить сразу две жизни? Хватит ли им смелости довериться друг другу, чтобы выбраться из паутины сомнений и разобраться с призраками прошлого?

Джисон крупно влип. Настолько крупно, что спасти его может только чудо. И когда он, забравшись в первое попавшееся окно, чтобы скрыться от преследователей, оказывается в квартире бывшего одногруппника, иначе чем чудом это не назовешь. Они никогда не ладили, но лучше уж Хан самовольно заточит себя с тем, кого на дух не переносит, чем умрёт от рук каких-то головорезов.

Минхо странный для всех вокруг, потому что ему нравятся мальчики. Минхо странный для себя самого, потому что его тянет к Джисону. // Наверное, из-за того, что Минхо видит Джисона каждый день, он упускает резкость перемен. А тем временем Джисон медленно утекает, истончается. Прячется в туалете, чтобы выблевать ужин. Мир туманно кружится, как тогда, в тринадцать. Сначала неприятно и страшно. После – хорошо. И пустота внутри дарит приемлемую легкость.

Они встретились, когда весеннее солнце ещё было холодным, по чистой случайности. Оба убегали, только Чонин бежал прочь от депрессивных мыслей, а Хёнджин от охотников за нечистью, что убивали таких, как он

Между ними что-то вроде ненавязчивого и ни к чему не обязывающего флирта, и Джисон думает, что лучше бы так и оставалось, потому что Минхо — самый запретный и самый сладкий плод.

Феликс ненавидел шумную музыку, что постоянно играла у него за стенкой, а также ненавидел ненормального соседа-рокера, раздражавшего его с каждым днем сильнее. Хенджин же, наоборот, очень любил сладких мальчиков.

— Боже, если ты есть, прошу. Пусть ко мне не подселят какого-нибудь идиота, — Ли соединил ладони в молящем жесте, возведя глаза к потолку. Темноволосый парень, стоящий в очереди на распределение в комнаты общежития, громко чихнул.

— Эй, парень! — замечая одиноко идущего блондина во тьме, кричит Ли. — сладость или гадость? Парень поднимает голову, с непониманием глядя на двух подростков, идущих ему навстречу. Он выдавливает скудное подобие улыбки, больше похоже на хищный оскал, смущая тем самым Чонина, который глазами показывал другу «не надо, остановись», но тот его совсем не слушал. — А что, если я скажу «гадость», м?

– Ты мой парень? Хëнджин поперхнулся на следующем вздохе. Феликс посмотрел на него снизу вверх его большими тёмными невинными глазами. Его веснушки ещё больше выделялись на фоне румянца на щеках. – Нет, Ликс. Я не твой парень. К крайнему ужасу Хëнджина, глаза Феликса заблестели серебряными слезами, и он икнул. Или: Феликс перенес операцию по удалению аппендицита, и это проливает свет на некоторые вещи.

Тюремная AU. — Я отведу заключённого на досмотр. Хван кинул быстрый, умоляющий взгляд на толстяка-надзирателя и нервно сглотнул. Тот явно понял, что дело пахнет жареным и поспешил заговорить: — Ли, мы ж за ним наблюдали. Не заморачивайся, всё нормально. — Я так не думаю, — блондин, склонившись, снова пропал за мониторами, а после вышел из пункта наблюдения с каким-то кейсом в руках. — Сам справлюсь. Можешь идти на перерыв.

Он так и знал, что ничего хорошего из подобного импульсивного поступка не выйдет. Обречённо разглядывая чей-то помёт на своём белом кроссовке, Джинни вдруг подумалось, что невезучесть – заразна и имеет свойство увеличиваться в масштабах до уже маячившего на горизонте глобального бедствия.

Минхо влюбляется в Хан Джисона так же, как меняются времена года – медленно, но неумолимо.

- Вы расстались с Ли Феликсом? - Почему? - интервьюер пыталась узнать всю правду. - Я понял, что сейчас для меня важна карьера, а не отношения. Мы больше никто друг другу. - смотря в камеру ответил Хёнджин. И правда, они больше никто друг другу. Больше не пишут «доброе утро» Не видятся каждый день. Не звонят. Каждый теперь живет своей жизнью. Но спустя время, Хван осознал, какую ошибку он совершил и теперь он ищет его. Ищет Феликса в другом человеке.

Джисон хочет купить мотоцикл, а покупает пианино. // «Yamaha, 2004. Цвет — черный. Есть две небольшие царапины. Время активного использования — пятнадцать лет, но бурчит как надо. Продам. Прошу писать, а не звонить. Сеул.»

Пройтись прогуляться в час ночи было плохой идеей. Феликс это понимал, но тоска внутри просто выгнала его из квартиры. Парень шлялся по ночным улицам и кажется, увидел не того, кого надо. Он бежал со всех ног. Только будучи дома, он почувствовал себя в безопасности, но на долго ли это?

— У меня есть шанс быть разложенным здесь? — низко прошептал Феликс. — Я разложу тебя, как захочешь, — произнес в блестящие и мятные губы Хёнджин. au, в котором Феликс мечтал переспать с красноволосым студентом и по совместительству тарологом

Джисону вечно не везло с партнерами: то они слишком ревнивы, то слишком агрессивны, да и в целом какие-то «слишком». Обо всех спорных и неприятных ситуациях был в курсе его друг, которым он обзавелся не так давно в стенах университета. Минхо, тот самый друг, реагировал на истории Джисона спокойно и снисходительно, утверждая, что тот просто не успел вкусить здоровых отношений. Хан Джисон наконец задался вопросом: что же это за такие «здоровые отношения»?

— Чувак, я же для тебя незнакомец. Я мог бы отвезти тебя куда угодно… и убить, например. — Не такой уж и незнакомец, — спокойно отвечает Минхо, пожимая плечами. — Я знаю твоё второе имя. // Накануне собственной свадьбы Минхо оказывается очарован официантом по имени Джисон — и всеми возможностями для другой (лучшей?) жизни.

Джисон не самый общительный человек. Но когда он увидел плачущего парня на берегу моря – его сердце, почему-то, ёкнуло.