Ау, где Тэхён всего лишь слуга, не имеющий права сделать вздох без приказа господ. А Чонгук всего лишь граф-безбожник, которому плевать на закон и традиции.

22-летний Чон Чонгук решил устроить праздник детям в их маленьком городе: закупился подарками, закинул мешок на плечо и отправился ночью по домам. В их провинции никто не запирает двери, потому он легко заходит в каждую семью и подкладывает коробочки под ёлку, но... С домом Ким Тэхёна — взрослого и серьёзного мэра их города — что-то идёт не так. Дверь заперта, потому Чон решается на отчаянный шаг и лезет в трубу на крыше, будучи уверенным, что мэр со своим маленьким сынишкой давно спят...

Первый свободный вечер за неделю, ужасный стресс от переработок, двое в банковском офисе после заката, взаимное неуважение, две бутылки коньяка, душащее унижение и надвигающаяся экономическая катастрофа.

Феликс был почти готов принять тот факт, что у отца появилась новая женщина, но свалившийся как снег на голову сводный брат совершенно не вписывался в его планы...

В один не слишком прекрасный день у Хван Хёнджина и Ли Феликса становится больше причин для взаимной неприязни. Университетское АУ про лав-хейт + переосмысленный троп преподаватель-студент.

Можно ли жить в иллюзорном мире долго? Тэхен пытается уже два года. Для всех он - папа самой прекрасной девочки на свете, трудоголик в глазах своих сотрудников и будущий муж человека, который подарил спокойствие и умиротворение. Жизнь без скандалов и ссор. Но как долго он будет бежать от себя и собственных чувств? Готов ли он потерять то единственное, что называется истинным счастьем?

Феликс — популярный айдол, у которого нет времени на отношения, он привык пользоваться услугами эскорта. Хенджин срочно нуждается в деньгах — эскорт становится для него единственным способом выйти из сложной финансовой ситуации. Но что будет, если в исключительно денежные отношения вмешаются чувства?

Тэхён просто безумно скучает по Чонгуку. А ещё — умеет отменно играть на нервах. А Чонгук… У Чонгука нервы железные.

— Я не собираюсь вас любить. — Не надо. — И не буду ждать вас в нашей общей постели. — Ты можешь спать отдельно, если пожелаешь. — Пожелаю. Но что это даёт вам? И после продолжительной паузы и пронзительного взгляда не прямо в глаза, а в самую душу раздаётся тихое, но уверенное: — Дом.

Ли Юншэн — самый завидный жених-лис. Тэхёну несказанно повезло, что он стал избранником этого альфы. Но в самый разгар церемонии его похищают прямо у алтаря, не дав и шанса на сопротивление. Вожак волков, с которыми они враждуют, возжелал себе в коллекцию наложников чёрно-рыжего лиса. Тэхён же не намерен мириться с такой участью и готов сражаться за свою свободу! Правда... Почему-то думать о побеге и не замечать трепетно стучащего сердца рядом с чёрным волком совсем не получается...

- Если выпадет орёл, ты станешь моим. Омега раздраженно вскидывает бровь. - В каком смысле? - Во всех. - Альфа откидывается обратно на мягкое кресло, с вызовом смотря в чужие янтарные глаза. - Не передумал ещё, цветочный мальчик? Тэхён задумчиво смотрит в пол, игнорируя волну перешёптываний за спиной. - Бросай. Все обернулись в сторону омеги, Тэхён уверенно смотрит на альфу, застывшего с монеткой в руке. - Как скажешь, Тэхён-а. Сквозь общий гул слышится звон подлетевшей монетки.

Чон Чонгук и Ким Тэхен друзья детства, они очень близки. Но со временем Тэхен начинает сравнивать себя со своим другом, и понимает, что тот идеален. Он любит - Чон Чонгука, но считает себя на планку ниже него. Он - несовершенство.

Конный спорт – это две жизни, тесно переплетающиеся в одну, и, если ипподром покидает один, спорт должен покинуть и второй. А Ким Тэхён упрямо настаивает дать им шанс.

Чонгук появился в доме три года назад, когда Тэхёну едва ли исполнилось семнадцать. Сестра буквально впихнула того в их большой дверной проем и поставила всех перед фактом — ее парень будет жить с ними. А Тэхён прям был против. Потому что стоило тому просто кинуть на него взгляд, и он поплыл. Моментально и бесповоротно.

Тэхён никогда не сомневался в том, кем он был. Ровно до тех пор, пока не согласился позволить младшему брату своей девушки, Чонгуку, который искал свой путь в жизни, пожить у них некоторое время. За этим последовали изменения во всей квартире, заставившие Тэхёна засомневаться не только в своей ориентации, но и в своих моральных принципах.

- Ты сюда пришел сам, добровольно, - с усмешкой сказал Чонгук. - И волен уйти когда захочешь. - Если бы у меня был выбор, - прошептал Тэхён, - меня бы здесь не было. - Выбор есть всегда. Просто твой продиктован обстоятельствами. Но это твой выбор, поэтому не надо так дрожать. Раздевайся. Тэхён сглотнул, смотря в черные глаза, и начал расстегивать рубашку...

Находит на людей иногда вот что: все для них делается значимым, явления обращаются в символы, сквозь поступки проглядывается фатум. Непримечательные вещи начинают свидетельствовать о чем-то, а один шаг от мозаичной линии на стене старого дома — пророчество. Феликс не любил в себе такое, привыкая к подобному состоянию ежегодно, в течение дня, которому на этот раз суждено было стать первым весенним. Весенним для души, неминуемо внося изменения в жизнь.

Бежать. Как только опьяненное приближающейся ночью солнце скрылось за мерцающей неровной линией расплавленного в границах бескрайней пустыни горизонта; как только последние мелодичные чириканья птиц стихли, а побережья прилегающих морей опустели; когда песок стремительно стал остывать, а прикроватные бледно-мандариновые светильники уютных однотипных домиков шумного торгового городка погасли. Тогда наступил подходящий момент, чтобы обрести свободу.

— Я — Хван Хёнджин, — хмыкает парень, кладя ладонь на его колено, слегка сжимая. — Приятно познакомиться, Ли Феликс, — шёпот в самое ухо заставил Ликса вздрогнуть и проглотить резко накопившуюся слюну. Откуда Хёнджин знает его имя и возраст, Феликса интересовало меньше всего, сейчас ему хотелось узнать каковы на вкус эти пухлые губы напротив.

— поцелуешь? — голос феликса предательски дрожит, но он так давно мечтал о том, что кто-то нежно коснётся его шрамов, что сейчас не может не просить об этом. хёнджин становится на колени перед парнем и смотрит в глаза последнего, после чего проходится чуть шершавыми губами по засохшим корочкам и старым ранам. теперь ликс надрывно плачет, а джин, устало уткнувшись лбом тому в живот, желает лишь одного — чтобы любимый мальчик больше не страдал.