"Но он никак не шёл из головы, приковывал взгляд вновь и вновь! Закончился седьмой, кажется, — кто ж считает? — коктейль, и Ваня решил попытать удачу. Всё же мир не рухнет, если ему откажут".

Кощей решил сделать то, что всегда делал в таких ситуациях с непонятными вещами, которые с появлением Ивана в его замке довольно сильно участились. Нажимать на всё подряд.

Бессмертие – величайший дар, но за все приходится платить, и плата Кощея – лик, коим только детей и пугать, и тело – умирающее последние несколько веков. Со всеми сопутствующими – агонией, бесконечной болью и подгнивающим видом. Каждая рана на теле князя ощущается, как при жизни, даром только что заживает быстро и не способна столкнуть его в объятия смерти.

Каждый день на работе Ваня наблюдал любовную линию, ведущую в никуда: Алеша пытался позвать на свидание Финиста, Финист — Василису, Василиса раз в неделю просила Ваню передать букет Варваре, а Варвара стабильно штрафовала их всех за собрания у барной стойки.

Финист просыпается с солнцем, кудри его блестят, глаза теплом светятся. Кощей просыпается до рассвета от кошмаров, взгляд свой ото всех прячет и грубит, даже если не хотел на самом деле.

В этом холодном черном сердце не может быть чувств. Так думает Кощей. Но вопреки его мышлению...

Финист очень настойчиво просит Цвыря отправить его в заморок.

-В Царстве мертвых он, в Северных краях, еще можно Кощея вернуть. Или история о том, как Иван бежал вовсе не к Василисе после перемещения, а совершенно к другому человеку.

Что бывает, когда венеролог и терапевт остаются под луной, бросающей свои голубые лучи на пол ординаторской.

Мастер чувствовал, что создает нечто непоправимое и жуткое, однако не мог перестать писать, слова сами рвались на бумагу, выскальзывая из кончика его карандаша: "И вот тогда на залитых солнцем каменных плитах дворца Ирода Великого появился Он. Глаза Его были разного цвета, походка пружинила, а полы черного плаща развевались подобно крыльям. Он шел к креслу Пилата, улыбаясь уголком губ, и каждый звонкий шаг Его отдавался в голове прокуратора надвигающейся головной болью".