Кевин должен носить очки и это факт, который он упорно игнорирует, потому он ходит как слепошара, пытаясь делать вид, что в него все в порядке со зрением. Или три истории о том, как Кевин пытался прятать дефект зрения.

“Первая настолько серьезная травма в истории экси,” – гласили заголовки статей в интернете. “Полный пиздец,” – гласили сообщения в старом общем чате лисов.

"Почему" Этот вопрос крутился в голове Кевина по-разным причинам, но никогда не приводил его к хорошим мыслям. Или Кевин Дэй очень старается поправиться, переживая экзистенциальный кризис, зависимость, проблемы с аутоагрессией и справляется

— Тренер, — начинает Нил, мысленно перебирая слова, чтобы превратить их во что-то более правдоподобное. К счастью, прежде чем Нил еще больше выставляет себя сумасшедшим перед своим тестем, дверь в кабинет тренера Ваймака распахивается, и появляется Эндрю с маленьким ребенком, запутавшимся у него в ногах. Или взрослый Кевин Дэй возвращается к своему шестилетнему "я" и Лисы штата Пальметто в замешательстве. Как говорится, чтобы вырастить ребенка, нужна целая деревня.

Нил Джостен недавно переехал к своим двум бойфрендам, знаменитым Эндрю Миньярду и Кевину Дэю, и все… в порядке. Они великолепны. Идеальны, на самом деле. За исключением того факта, что Нил не чувствует себя своим — в пентхаусе своих парней ИЛИ в их отношениях. В то время, как Эндрю и Кевин идеальны, он просто... нет.

Сборник милых и стеклянных зарисовок по этой троице), можно и поплакать, и посмеяться)

— Какой я на вкус? — спрашивает Нил на одном дыхании. Кевин лениво ухмыляется ему. Наклоняется над Эндрю, высовывая язык, и проводит по всей длине члена Нила, заставляя его испустить дрожащий вздох. — Восхитительно вкусный.

В первый раз — это ошибка. В остальные пять или шесть — нет. Или: парни Нила едут с ним в Лондон, и он понимает, насколько они без ума от его акцента.

Кевину и Эндрю не нравится, когда с Нилом флиртуют.

Просто в один день, Нил крикнул "пол это лава."

После ссоры с братом Эндрю напивается в баре, а утром обнаруживает кардинальное изменение в своей жизни в виде двух фанатов его и экси.

AU: в котором Нил и Эндрю расстаются, и Нил падает в постель к Кевину. С этого момента все становится только сложнее.

AU, в которой Кевин и Эндрю - вампиры, а Нил пытается убедить их, как сильно он хочет, чтобы они пили его кровь. Когда ничего не срабатывает, случайная-почти-смерть может помочь. Нилу просто нужно сначала пережить этот день.

— Будешь вести себя тихо. Да или нет? — спрашивает Эндрю, оставляя поцелуи на его плече. — Да, — отвечает Кевин. В ту же секунду Нил опускается перед ним на колени, стягивая с него шорты.

друг другу настолько сильно, что больно дышать [кевэндрилы в чистом виде]

Эндрю чувствует, что приближается что-то ужасное, но полностью приходит в себя, только когда стоит на пороге их квартиры с подарком, обвязанным оранжевой лентой. Это зашло слишком далеко. (О парных носках, пижамах, ушках и хвостах)

Это должна была быть командная поездка, чтобы исправить заявление Кевина о том, что он никогда не катался на лыжах, но когда остальных засыпало снегом, а его засыпало снегом вместе с двумя людьми, которых он месяцами избегал, уклонялся, игнорировал, это оказалось настоящим кошмаром. Не то чтобы он когда-либо говорил об этом Нилу и Эндрю. Что ещё хуже, он (к сожалению) вроде как, может быть, немного влюблён в них. Не то, чтобы он когда-либо говорил им об этом.

— Ты не обнимаешься, — полувопросительно говорит Кевин. Эндрю закатывает глаза. — С Нилом обнимаюсь, почему с тобой не могу? — он снова толкает Кевина. Кевин выглядит действительно сбитым с толку. Они ведь… не обнимались. Он и Эндрю. Нил и Эндрю — да, но это совсем другое.

Один кивок Кевина, и все приходят в движение, срываясь каждый со своего места. Секунда, и Миньярд в точности повторяет подачу Рене, отправляя мяч Дэю. Взмах, и лампочки на воротах загораются. Тишина. — Мне же не показалось, что он отбил правой рукой? — едва слышно спрашивает Рене, но вопрос остается витать в воздухе.

Кевин просыпается по ночам и лежит в холодной, до судорог пробирающей темноте, потому что его душат чужие руки. Эти руки — олицетворение его наивности, всех его попыток доверять, они сжимают снова и снова, заставляя задыхаться, жадно хватать воздух бледными и пересохшими губами. Он не может пошевелиться: просто ждёт, пока это пройдёт и свежий воздух снова ворвется в лёгкие. Иногда ему страшно, что однажды он просто не сможет снова начать дышать.