Чонвон всегда считал, что учиться в медицинском – это само по себе наказание судьбы. Но главным его наказанием оказался старшекурсник, что не привык получать ответа «нет».

— Нравится, да? — Чонвон шепчет, взглядом облизывая вздутые вены на чужих руках, пальцы жилистые и костлявые, красивый карамельный загар… Просто воплощение всех его грязных снов. — Мне тоже нравится.

Жизнь нельзя начать сначала, но ее можно продолжить по-другому. Наверное, Чонвон попросту зациклился на этой фразе, и мало что замечал. Он благополучно забыл, что он — не главный герой, а остальные — не обычные персонажи, на которых можно было бы махнуть рукой...

Тренер по танцам попросил двух своих учеников придумать разминку для разогрева перед тренировкой, но Джей с Чонвоном так переусердствовали придумывая кардиоразминку, что им обоим теперь, кажется, нужен кардиостимулятор для сердца. Никаких упражнений, к слову, они так и не придумали.

Ян Чонвон давно мечтал побывать в Рио-де-Жанейро, чтобы вдоволь отдохнуть от учебы и забыть о навязчивых проблемах в Сеуле. Однако он не рассчитывал найти в курортном городе столь горячего и интересного байкера, носящего имя Пак Чонсон.

Гонки объединяют в себе три вещи на букву "С": скорость, страсть и секс.

Чонвон не может отвести взгляд, но продолжает смотреть. Девушка в красном не рассказывала, к чему это приведёт.

Пак по должности выше, и Чонвону совершенно точно не стоит так часто задерживаться в его кабинете, не стоит давать коллегам причины для сомнений, прожигая друг друга взглядами, касаясь друг друга так, как простым коллегам не положено. Для Чонвона соблюдение субординации на рабочем месте никогда не было проблемой. Раньше.

Чонвон ведет себя невероятно развязно для того, кто пару минут назад выпрашивал автомат по предмету и мял вспотевшие ладошки. Кладет руку преподавателя на собственный затылок и просит не жалеть, смотрит умоляюще и вытирает уголки рта после чонсоновой смазки вперемешку со слюной; жадно вбирает больше половины и расслабляет горло, пытаясь не поддаться рефлексам, — безуспешно. Какой же он чертовски прекрасный.

Джей и подумать не мог, что когда-нибудь начнёт думать о любви на толику больше, чем о баскетболе. Ведь, этот парень буквально живёт этой игрой, но парень с этой миловидной внешностью и непростым характером с каждым днём кажется каким-то странно интересным.

Всё началось с вытянутого бокала, наполненного алкоголем, с первого глотка и с Чонвона, подпевающего рядом. Поправочка, с блондина Чонвона.

Хисын думал, что любить Джейка — разрушить дружбу. От этого он несколько месяцев сходит с ума рядом с ним. Но, кажется, у лучшего друга смелости, чтобы разрушить дружбу, оказалось больше.

Если удовольствие, которое исходило от рук Джея, больше напоминало кипение — в венах от жара бурлила кровь, — то удовольствие, причиняемое его губами — это как много часов простоять под горячим солнцем пустыни, обжечь стопы о раскаленный песок, покрыться струпьями и тут же окунуться в райский оазис. Наслаждение такое, будто в тебе впервые разгорелась жизнь.

У Чонсона в жизни всё хорошо. Почти всё. У большинства знакомых уже есть семьи, дети, хотя бы отношения, а у него вечные отчёты и режим «дом-работа-дом». Однако вскоре в его серую жизнь ворвался яркий и непредсказуемый ураган, перевернув это «всё» вверх дном.

Желание. Оно включало в себя разные понятия, вплоть до самых неожиданных и смущающих. С приходом нового секретаря, все тайные желания Чонсона стали воплощаться в реальность.