Осаму Дазай и Чуя Накахара ученики первого курса старшей школы. Дазай общительный и дружелюбный, Накахара - нелюдимый одиночка. И до определенной поры они даже не общались, пока один инцидент не повлек за собой цепочку событий, пытаясь распутать которую, Осаму сам не понимает, когда начал верить в сказки. И почему именно за ним явился этот принц.

Овцы кричали о том, что приняли Чую, но по-настоящему верные люди остаются с тобой без громких слов. Даже если это маленькая девочка в большом и страшном мире BSD.

У Тони замечательная жизнь: любимая работа, сестрица и веселая племянница. Что еще нужно для счастья? Уж точно не оказаться в теле недокормленного мальчишки с двухцветными глазами.

Технически, во всём виноват Дазай. Чуя уверен, что ничего из этого бы не случилось, не будь Осаму самим собой. Точнее, не будь собой любая из его версий.

- Скумбрия, я что, вчера по-пьяне на какой-то девке женился?! - глаза Накахары расширяются, когда он смотрит на золотое кольцо на безымянном пальце правой руки. - Но-но, крошка Чу! Почему же на какой-то девке? На мне! - Осаму радостно улыбается, выныривая из-под одеяла, показывая Накахаре свою руку, с точно таким же кольцом.

Чуе нравятся девушки. Он искренне считает, что его выбор гораздо лучше того выбора, который сделал Дазай. Дазай — голубее неба. Нет, серьёзно, Чуя в жизни не встречал никого более… гейского? Да и не встретил бы, если бы сразу после поступления в университет не возникла необходимость снимать квартиру в Йокогаме. //AU, в которой Дазай и Чуя — соседи по квартире. Дазай — открытый гей. Чуя — «отвечаю, пацаны, я самый натуральный натурал!».

- Скажи, что хочешь меня. Скажи, что я нужен тебе. Скажи, что я единственный, кто когда-либо заставлял тебя чувствовать себя так.

Дазай идёт на первое свидание с Чуей. Ода даёт советы. Дазай в ужасе. Чуя — не в курсе.

Порой и дьявол способен на сострадание. Порой на нежное, а порой на очень своеобразное.

Каждому человеку, а в особенности ребёнку, нужен свой друг. Видимо именно так думала вселенная, когда связала заблудшую душу Осаму Дазая и пятилетнего ребёнка Чую Накахару. // au, в котором у Чуи появляется странный воображаемый друг, и за этим всем стоит намного большее, чем просто дружба.

В Буддизме есть устойчивая концепция про трёх обезьян, закрывающих лапами глаза, уши и рот. Считается, что три обезьяны символизируют собой идею недеяния зла и отрешённости от не истинного. «Если я не вижу зла, не слышу о зле и ничего не говорю о нём, то я защищён от него». Иногда в композицию добавляется четвёртая обезьяна, символизирующая принцип «не совершать зла». Итак... Я попала в того, кто со временем станет самым лучшим Исполнителем Портовой мафии. Ну нафиг, я сваливаю. Нельзя? Жаль...

Чуя просто хотел выспаться, а не вот это вот всё.

Чуя сам не знает, почему увивается вокруг этого острого на язык идиота. Наверное, это разновидность отношений «мы в ответе за тех, кого приручили». Не то чтобы Чуя приручил нелюдимого одноклассника, конечно, но обострённое чувство справедливости не позволяет оставаться в стороне, когда кого-то травят прямо у него под носом. >по заявке "Дазай страдает от гомофобии и издевательств одноклассников. Чуя - новенький, который его защищает", в которой Чуя однажды спасает Дазая и...

Чуя смотрит на расплывающуюся по полу кофейную лужу с осколками чашки в середине и чувствует острую тошноту. Так всегда ещё несколько дней после Порчи: дрожь в теле, дерьмовое самочувствие, всё валится из рук. >просто зарисовка о том, как Чуя и Дазай впервые просыпаются вместе

Накахара Чуя, на голову которого свалилось слишком много для обычного подростка проблем, переезжает в Йокогаму в надежде спокойно закончить школу. Но с первого же дня сталкивается с новыми трудностями: задача "не отсвечивать" с треском проваливается, тени прошлого не дают спать по ночам, а одноклассники ведут себя подозрительно. И самый подозрительный из них ― Осаму Дазай, звезда этой чёртовой школы, в которой явно творится что-то странное. И тогда Чуя решает выяснить, что именно...

Дазай каждый день закрывает глаза и мечтает не проснуться; Чуя прикрывает чокером ненависть матери: «лучше бы ты никогда не рождался». Тело Коё покрыто комплиментами, но та выжигает их на своей коже; Акико ищет одно простое «ты мне нужна», среди множества благодарностей. Федор прячет признание в любви под рукавами, зная, что оно не от того; Николай устал ждать взаимности, сдирая кожу вместе с «ты не он...» |Ау. Каждое слово, которое о тебе подумали, появляется на твоём теле как тату

И у гениев бывают неудачные дни.

- А будешь лезть ко мне, сломаю твой позвоночник об своё колено, - рыкнул Накахара Чуя, когда Дазай попытался ненавязчиво обнюхать его просто чтобы наверняка, и подтвердил свои слова отличным хуком слева. >по заявке "Но я ведь хочу! Это уже твоя половая трудность, Дазай!", в которой Дазай хочет любви и ласки от своего омеги, Мори веселится за его счёт, а Чуя просто хочет, чтобы его оставили в покое.

Дазай всегда считал себя стойким человеком. Высокий болевой порог, эмоциональная заторможенность, вызванная абсолютным безразличием к окружающему миру, и проведённая в мафии юность хорошо его закалили. Именно поэтому Дазай в некотором роде даже рад, что оказался в той ситуации, в которой он находится в настоящем, потому что для него это неожиданный, новый опыт. Потому что Дазай Осаму находится в гробу. >по заявке "Дазая хоронят заживо. Чуя должен его найти".

- Эй, Дазай, что ты прячешь под бинтами? - Не твоё дело. Может, и не его, да только тайна Дазая уже завладела воспалённым сознанием Чуи, и он твёрдо решил увидеть всё своими глазами. >по заявке "тело Осаму покрыто жуткими шрамами, которых он стесняется, а Чую возбуждают шрамы. Кинк. PWP", в которой у Чуи - стигматофилия, а у Дазая вся спина и запястья в шрамах.