- Я не был пьян! - Чувак, ты сидел на коленях Изуку, лез целоваться и убеждал всех, что он твой парень! _____________ Или кажется, Кацуки не умеет пить от слова совсем и представляет из себя нечто совершенно особенное в пьяном виде. Жалко только то, что он ничего не помнит к утру.

Он не знает, можно ли назвать это отношениями. Бакуго продолжает вести себя, как придурок, по отношению к нему: всё так же вульгарен и груб, кричит, обзывает или даже игнорирует брюнета во время занятий и продолжает поливать дерьмом. Наконец, Изуку всё это надоело.

- ... чё? - от Ромы редко можно услышать настолько растерянный и удивительный тон. - Отсосать, - спокойно повторил Антон, стойко выдержав всю бурю в чужом взгляде.

Бяшины слова все еще не шли из головы: получалось, что Рома любит Полю. Это были интересные новости и Антон пока не понимал, как к ним относиться. На всякий случай пока что решил никакого отношения к этому не иметь. А то вдруг…

И тогда Рома написал внутри, на задней обложке тетради по физике: «Причины обращаться за помощью к Антону…» Он никогда не делал записи и списки, но это почему-то хотелось записать. Нет, было необходимостью. Главное — чтобы Антон не увидел.

Спустя 8 лет желание оказалось непреодолимым. (Происшествия после окончания манги - 430 главы)

Если Ивану хочется шутить, хихикать и накручивать волосы на пальчик перед какой-то девушкой, которую Тилл в жизни не видел, это не его, блять, дело. — Я не думаю, что у Ивана настолько длинные волосы, что их можно накрутить на палец, — говорит Мизи. — Это фигура речи, — огрызается Тилл.

— Ты переезжаешь ко мне, — это прозвучало как констатация факта. — Я устал возвращаться в пустую квартиру. Устал не знать, как ты. Так что будешь сидеть у меня на диване, смотреть свои дурацкие шоу, готовить свою пересоленную жратву и быть там, когда я вернусь. — это было так похоже на романтичное предложение, в нем сквозь грубость пробивалась такая неуклюжая забота, что у Изуку перехватило дыхание. Это был страх потерять друг друга снова, не на поле боя, а в тишине и одиночестве мирной жизни.

Что будет, если просто влезть Роме в голову и попросить рассказать их с Антоном историю, как есть? Без цензуры, без лжи. Так, как её проживал сам Рома. И почему сейчас, год спустя, его трясёт при виде друга? Что ж, он рассказал. Сбивчиво, грубо, но так искренне, как умеет только он. А ещё Рома понял, что молчание способно превратить всё, что между ними успело произойти, в пыль. И Рома больше не будет молчать.

Это всегда казалось Кацуки забавным. Как, увидев его, большинство тут же решает, что это какой-нибудь альфа, якудза, главарь банды терроризирующих всех байкеров. А потом охреневают, осознав, что перед ними – омега, у которого цветочный магазин. Но затем в его жизнь вырывается Деку, полностью ломающий шаблон об уродах-альфах и воспринимающий такие новости с теплой, ни на секунду не дрогнувшей улыбкой. Мир начинает накреняться.