Признаваться в любви сложно. Особенно тому, кого любишь по-настоящему

- Я могу дать тебе попользоваться моей книгой. - Правда? - в глазах беса блеснула надежда. В глазах Столаса скорее адское пламя горело. - Могу. Но, разумеется не просто так. - Ну и что ты хочешь в замен? Филин приблизился к чертенку и приподнял его подбородок. Облизнувшись, он похотливо прошептал: - Догадайся.

Капли стучали по его плечам, будто обжигая. Ему было плевать, ведь единственное, что его сейчас обжигало-это Блиц в его фантазиях.

- Блиц? Что случилось? Всмысле... Ха-ха...- Столас взволнованно что то щебечет и Блитц представляет его лицо. Он наверняка сидит с глупой улыбкой и слегка вздернутыми бровями, а перья на воротнике стоят дыбом от волнения. - доброе утро, Столас. - спокойно проговаривает Блиц останавливая Столаса и искренне улыбается. А затем слышит облегчённый выдох в трубке. - какие планы на сегодня?

Первая же полнолунная сделка закончилась для Блитца решительным «никогда с ним не сосаться, на ночь никогда не оставаться и самое главное: никакого орального секса, мало ли что можно подцепить». Но правила созданы, чтобы их нарушать.

Блиц как обычно приходит в особняк князя Ада, чтобы выполнить свою часть сделки, но он не ожидал, что Столас предложит ему ТАК разнообразить их секс

Блиц в шоке стоит возле своего рабочего стола в кабинете и грозным тоном зовёт причину его удивления. — Столас, твою мать, иди сюда! - принц приходит. — Да, Блицци, что ты хотел, дет.. — Какого ёбаного хрена, на моём столе лежат презервативы? - рычит бес, подходя к принцу, но не близко, чтобы не смотреть на него снизу вверх. Это унизительно. — Только ты мог принести их в мой кабинет, сука...

Блиц принимает неверное решение пытаться красть деньги у состоятельного принца, ради того, чтобы спасти свой бизнес. Неожиданно его план проваливается, но Столас, вместо того, чтобы убить Блица, вступает с ним в странные сексуальные отношения. Блиц говорит себе, что это не любовь, а просто сделка, но вскоре становится очевидно, что он вляпался по полной.

– Сколько блять? Девять с половиной миллионов? Да я на эти деньги мог бы три квартиры в Имп-сити купить. – Блиц развел руками подахуев с происходящего, когда увидел, как знакомые бесы-слуги уносят купленную Столасом скульптуру

Долго ли можно отрицать ревность или чувства к партнёру? Можно сколько угодно внушать себе что ничего из этого нет, однако чувства странная вещь которая может проявляться в самые неожиданные моменты.

Столас всё для себя решил. Это должна была быть их последняя встреча. Он хотел отдать ему кристалл, забрать гримуар и расторгнуть контракт, но в итоге всё обернулось не совсем так, как задумывалось изначально...

Пора было бы привыкнуть, но Блиц до сих пор питал особую слабость к Столасу в обычной одежде. А ещё питал слабость к его ногам, плечам, талии и спине, а сегодняшнее платье подчёркивало всё и сразу и совсем не упрощало задачу «провести день со своими дочерьми и не думать в это время о том, как трахаешь их отца».

Своему мужу Блитц действительно доверял больше всех созданий в блядском Аду. А иначе как так могло выйти, что с ним договорились попробовать заклинание на изменение половых органов – и вместо его охуенного большого члена появилось... Да впрочем... Будто кому-то не понравилось.

Если в сложное время концентрироваться на плохом, можно сойти с ума. Наверное. В любом случае, Столас постепенно сходил, утопая в своей депрессии и тоске об утерянном. Но это же не конец, правда? Рядом с ним теперь кто-то есть, те, на кого можно положиться. Значит, всё будет хорошо. Должно быть.

- Ты каждый раз говоришь мне об этом. - принц закатил глаза. - Сколько ещё нужно повторить, что я цеплять тут никого не собираюсь? Асмодей хмыкнул. - А если зацепят тебя? (AU, в котором Столас постоянно приходит в заведение Асмодея, чтобы просто посидеть)

Он носил классические брюки, рубашки с широкими рукавами, приталенный пиджак и острую надежду стать значимым, которая крепко держала за руку подавляемое разочарование. – Ты один из этих что ли? – Да, я из «этих».

— Один, Блиц, — произнес он наконец. — Я всегда был один. Даже когда ты был рядом, ты был… далеко.

– Я вижу, как ты смотришь на меня, — тихо шептал Столас, скользя пальцами по ключице. — Я знаю, что ты чувствуешь, Блиц. Знаю, что тебе хочется быть рядом.

– Столас, ты чего? - Бес обеспокоено тянется рукой к чужому лицу, но тут же замирает и чуть не отдергивает руку. «Не трогай прекрасное». Гоэтия лишь начинает всхлипывать ещё громче. Тянет на себя, сажает вплотную и прижимается настолько сильно, насколько может. Шокированный Блиц не отстраняется. Только прижимается в ответ и уже не держит эмоций.