Всё нормально, Сер. Просто отдыхай.

...и один, когда она в этом удостоверилась

– Слишком многим ты нравишься, Серый, – Волков стряхивает его со своих колен и Разумовский обижено дуется, стоя в халате голый, ожидая, пока Олег стянет с себя форменные штаны. – А мне нет, – тихо произносит Волков, похлопывая себя по ногам.

Драбблы и мини по ЧД: много любви; комфортинг персонажей; пропущенные сцены; нежная и кинковая порнушка. Пополняется по мере горения.

— Я знал, что ты оценишь по достоинству, — забрасывая руки ему за шею, Разумовский подмигивает и жмется ближе, вдыхая родной парфюм. — Я скучал. — Я вижу, — Волков скользит ладонями по талии и останавливается на ровных половинках, сжимая их до заметных наутро следов. — И я тоже очень скучал, Сереж, — он целует его сначала в висок, затем щекочет щетиной скулу и в конце концов прижимается к губам. [исполнение по заявке с громфеста СВ-96, Сережа в платье, Олег восхищен]

Десять пятьсот - столько стоила комнатка коммуналки на пять жильцов. Олег не интересовался, но вряд ли другие съёмщики комнат платили сильно больше, чем они с Разумовским. При этом за соседство с Олегом и Серёжей скидка явно не полагалась, а покрывать чужой недосып из личного кармана - перебор. Денег не хватит. Так что сейчас, в четыре утра, распластанный на кровати Серёжа, чьё тело уже не первую четверть часа Олег нещадно изучал поцелуями, всеми силами старался не стонать во весь чёртов голос.

Настоящие друзья помогают друг другу всегда, не важно, что там замешано - огонь, вода, или даже медные трубы. Вот и Олег так считает.

fuck buddies, серёжа с олегом снимают квартиру на двоих и пишут правила не_отношений, чтобы не перейти черту.

— Ты выжил. Да или нет? — Да. — Тогда поцелуй меня так, чтобы я тебе поверил.

Их было двое всегда – даже в институте, один-единственный год, когда Волков там учился. У него уже пробивалась щетина, он стал крупнее, выше в плечах, за ним бегали все окрестные девчонки. Но по ночам под ним изгибался Сережа, а не кто-то из них.

Вдохновилась твиттом. Олег идёт в «Пятерочку» за покупкой продуктов…

Олег Волков ведёт блог о самообороне, где показывает различные приемы борьбы в прямых трансляциях…

вся жизнь серёжи и олега - одна сплошная детская забава, взять друг друга на слабо и посмотреть, что выйдет.

Серёжа обеспокоен тем, что он слишком травмирует Олега. Но уйти не может - Волкова надо кому-то выхаживать. Разумовский переживает. Очень.

- А спорим, тебе слабо поцеловать Разумовского? – спрашивает Шакал. Олег встаёт перед выбором: разбить долбоёбу нос или мордой протащить по гравию. Он в мельчайших деталях представляет то, как Шакал будет орать от боли, а остальная толпа даже не пискнет – зассут, точно зассут перед Волковым. Гадёныш ухмыляется, помогая сознанию Олега застелить алой пеленой гнева всё это время бережно хранимые воображаемые сценарии его первого поцелуя с Серёжей.

В один достаточно солнечный для Петербурга день Сергей открывает новости и видит, какая новость сейчас повсюду. Планшет падает на кровать, руки Разумовского дрожат, слезы застывают на глазах. На фотографиях, опубликованный анонимом, он и Олег... вместе. Все узнали, жизнь летит к чертям, и только Волков может ему помочь.

Волки моногамны. Они выбирают себе пару на всю жизнь и остаются преданными ей до самой смерти. Или пять "прости" между Серёжей и Олегом, которые значения не имели, и одно – за которое было заплачено слишком много

XIX век. Олег — лидер восточного государства, с которым Российская Империя ведет войну. Сергей — скандальный аристократ и дипломат, которого посылают на чужбину вести переговоры о мире. Но он и не подозревает, что с Олегом его связывает не только миссия, но и случай из далекого прошлого. В результате удивительных поворотов судьбы он заключает мир, брак и находит ответы на многие вопросы.

ПТУ!аушка, в которой Серёжа играет в сборной по волейболу, а Олег занимается боксом и ходит смотреть на тренировки волейболистов. Ещё у Серёжи есть старшая сестра, а у Олега — фетиш на бëдра, но речь не об этом, хотя...

От Серёжи пахнет мёдом, и он хочет блинчики. Олег готовит блинчики и много думает о мёде.