Будь проклят день, когда она впервые встретилась с этим мерзким, насквозь пропитанным фальшью, лукавым и опасным немцем... Зря Шошанна — сама того не понимая — приковала к себе его холодный и надменный взгляд. Нет ничего страшнее для еврейки, чем оказаться в лапах своего палача. Нет ничего унизительнее, чем чувствовать его прикосновения и поцелуи. И нет ничего ужаснее, чем получать от грубых ласк палача удовольствие...

Август Циглер — пьяница и дебошир, но талантливый актёр. Он сумел заслужить любовь немецкой публики, включая самого Геббельса. Август жаждет получить главную роль в новой постановке, и ради достижения цели он не побрезгует даже самыми гнусными методами.

Хельштром ненавидел ее. И порой ловил себя на мысли, что ее смерть принесла бы ему долгожданное освобождение от чувств, в которых он погряз добровольно. С ее смертью ушла бы нестерпимая боль и отчаяние, которое он испытывал из раза в раз, видя ее искреннюю улыбку, адресованную не ему.

Встретив ее в 1935 году в Лондоне, он начал игру. И продолжил ее в 1944 году. Но кто из них закончит все это? Или они оба погибнут в пламени ненависти и желания?

Пошлое, абсурдное произведение про тройничок между хитрым, но оказавшимся в ловушке нацистом, немцем, ненавидевшим Гитлера и весь его диктаторский режим, и британцем, руководящим важной операцией, ради спасения которой ему пришлось пойти на крайние меры. Так вот, сидели как-то в баре немец, британец, и ещё один немец...

– Не-не-не, – перебил гестаповец, и во взгляде его блеснул металл, осталось только подивиться характеру – или типичному для немчуры ослиному упрямству, – этого не будет. Думаю, вы и сами прекрасно понимаете, что что бы не случилось в этом баре, ни я, ни вы живыми его не покинем. А Вильгельм и его друзья? – голова его кивнула в сторону соседнего столика, где веселилась пьяная компания, – хотите уйти – вам и их придется убить. Видимо, малютка Макс вырастет сиротой.

Сцена в баре

1934 год. Дитер переживает свой самый худший кошмар - «Ночь длинных ножей». Ланда помогает ему справиться с переживаниями.

Летчик — существо азартное. Когда к нему на аэродром приезжает человек из Гестапо вести расследование, он, конечно, не может не поиграть с огнем.

Один насыщенный день в кругу СС, когда от летчика все чего-то хотят, а он хочет, чтобы от него отвязались. Или почему не стоит рыться в чужих вещах.

Весна давит на голову всем. Хэльштром на минуту возвращается в Германию, чтобы поохотиться на своего личного летчика и немного отдохнуть.

Хуго всегда был настоящим солдатом, честным и прямолинейным. Дитер всегда был настоящим гестаповцем (задолго до появления Гестапо), амбициозным и беспринципным. Бриджет тоже была всегда. И была удивительно прекрасна.

Штурмбаннфюрер Дитер Хельштром все делает так, как велят. Шошанна Дрейфус - так, как хочет. А кое-кому очень хочется, чтобы в итоге они все сделали так, как это нужно.

Краткое содержание: эпизоды из биографии Шошанны. Тетя Ада - персонаж, вырезанный из фильма. Англоязычная статья находится здесь: http://suspiriorum.livejournal.com/112602.html

Каким бы зверем стала ты, милая Дениз, живя в смерти и ненависти? Стала ли бы ты иметь дело с тем, кто является воплощением этого места? Или ты уже им являешься? Признайся, милая Дениз. Признайся и прими его таким, какой он есть.

Летчик решает расслабиться и берет внезапный отпуск заграницу. Гестапо и JG-29 подняты на уши.

Мастер, совершенно не отдавая себе отчёт и не фиксируя собственные действия, накрыл закрытую книжечку ладонью и подтянул её ближе к себе. Такой ответ был красноречивее слов. Немец снова тихо усмехнулся, наблюдая, как русский пытается скрыть от него содержание своей работы. Эта реакция как будто немного позабавила офицера. Штурмбанфюрер наклонился ближе к Мастеру, словно желая прочитать через ладонь, что написано внутри записной книжки. — Это что-то, чего вы стесняетесь? — вкрадчиво спросил он.

фанфик по фанфику «absolvo te» (https://ficbook.net/readfic/018ff555-2200-7732-b495-7d5745d716a8) но это ау где тина дмитрий нагиев а дитер гена букин и происходит все гдето в житомире

Нет ничего чище покойника, и он продолжает очищаться, пока не достигнет той последней чистоты — чистоты огромной костяной куклы с вечным немым смехом, с вечно расставленными ногами — той куклы, которая находится в каждом из нас. (с) «Некрофил» Габриэль Виткопп

Ганс осмеливается разнообразить впечатления Хелльстрома от посещения кинотеатра более смелым методом, считая, что это идеальное время, чтобы проверить Хелльстрома на прочность.