Когда тебя начинает донимать извращенец, есть ли шанс, что им окажется парень, по которому ты сохнешь с восьмого класса?

У Кирилла вроде как появляется близкий друг. Жнецов решительно против и "близкого" и "вроде как".

Дорогу вспомнил, утро раннее, прохладное. Как уезжали и в такси мутило бесконечно. Он окна опустил, голову к себе на колени. Сквозняк, шум... Потом до квартиры на руках. Туалет, ванная... Тошнило несколько часов. Миша то воды, то таблетки какие-то, и ни звука — молчит, молчит, молчит. А я реву. Сказать ничего не в состоянии. Язык онемел, заплетается, и опять тошнит.

Всё отболело и умерло давно. Всё отболело и новым перекрыло. Новыми отношениями, эмоциями, ощущениями. Первый – это только один из. Первый – это не на всю жизнь.

Нет, мистер Джастис, все в порядке. Мы просто ночуем в моей кровати, потому что вашему сыночке холодно. И еще он мне вчера отсосал. Но все в порядке. Вы не переживайте.

Если жизнь даёт тебе лимоны, делай из них лимонад, верно? А если она подпихивает тебе одного самоуверенного красавчика за другим, то тогда что? Я едва пережил одного Жнецова, куда деться от второго?

...и думать, как младший брат твоего лучшего друга позвонил через неделю после восемнадцатого дня рождения и прошептал: «А теперь я достаточно взрослый, чтобы рассказать, что сейчас делаю под одеялом?..»

— Знаешь, что? — злюсь на себя и на него. На идиотский календарь, на Лиду, на девчонок из группы. Злюсь даже на Пашу и Сашу, которые всюду таскаются за Эдом и не дают объясниться после очередной панической атаки из числа тех, которые я выворачиваю на него ведрами. — А иди-ка ты на хуй. — Не, спасибо, — Эд усмехается. — Это ты у нас любитель.

Война окончена, но два года на службе у Темного Лорда так просто из жизни не выкинешь. Даже возвращение в Хогвартс не может стереть воспоминаний, каждую ночь преследующих Драко, одинаково наполненных отчаянием и страхом. Так продолжается его движение по кругу. Темного Лорда уже нет, но Метка уродливым клеймом горит на коже. Бывшие союзники становятся почти врагами, бывшие недруги – почти друзьями. И самый ненавистный враг превращается в единственного человека, которому можно было бы довериться

Терренс Леонетти. 27 лет. Жестокий убийца. Два раза сбегал из тюрьмы. Не был казнен, только потому что в штате, где он отбывает свой срок нет смертной казни. Пожизненное заключение. Ноа Уишер. 25 лет. Имеет докторскую степень в сфере поведенческой психологии, является кандидатом медицинских наук. Мечтает однажды лично поговорить с Терренсом. И вот такой день настает. Но все с самого начала идет не так, как представлял себе Ноа! Особенно после того, как они оказались заперты в одной комнате...

У Паши, сколько он себя помнит, постоянно не складывается с увлечениями. В любой момент он с легкостью может забить на то, что занимало все его мысли еще вчера. Но есть два исключения. Квизы — по-прежнему топчик. Рогов — по-прежнему сука!

Никаких красивых историй. Просто мне было тоскливо, а ему, видимо, скучно.

Мы тогда оба поняли, что это конец. Конец нашей дружбы. Конец его пути к пьедесталу.

Я по жизни окружен покойниками. Ян — котами.

У него на роже написано «не влезай, убьет», а твое любопытство все равно сильнее инстинкта самосохранения?

Нужно заставить Ульриха побывать на месте «педика». Ощутить на себе косые взгляды, слезть с пьедестала и понять, как неприятно тут, внизу, когда сверху на тебя летят одни плевки. — Я напишу за тебя твой вариант, — согласился Берти. — Но ты должен будешь целый месяц притворяться, будто мы с тобой пара.

Брут бесит меня. Тем, как чужеродно выглядит рядом со стогом свежего сена. Тем, что ему все достается по щелчку пальцев — бабки, тачка, обучение в Хьюстонском. Что «работа» на ферме для него — лишь галка дополнительной летней активности и пускание пыли в глаза жителям Дарнеби перед предвыборной кампанией его отца. Но больше, конечно, Брут бесит тем, что никогда не говорит прямо, что ему надо. Мы не говорим об этом. Мы это делаем молча. С самого начала лета.

Встретились как-то влюбчивый неловкий парень и острый на язык циник, мало смысливший в отношениях между людьми. И обоих звали Серёжа.

"Ты у меня на крючке, Пайк Барден". И наигранное удивление уже не прокатит. Потому что у человека, который представился спецом по кибербезопасности, в руках моя сраная флешка. Где коды, компромат на клиентов, липовые бумажки, буквально все мое сколоченное за два года портфолио.

Думал, когда меня отбрили, что он отрицает и палиться не хочет, что нас ждет какая-то история принятия своих чувств, встреч как бы невзначай, взглядов, пойманных в толпе, и признаний дрожащим голосом — а потом любовь. Выстраданная, крепкая.