Сёко умеет играть на чувстве гордости и собственной исключительности Сатору Годжо. Проиграть пари? Ещё чего! Зайти в секс-шоп и притвориться покупателем? Как два пальца обоссать. Но что делать, если консультантом оказался потрясающе горячий парень, по шкале от одного до десяти выбивающий сотню?

Сатору ответил, что в порядке. Разве может быть иначе? И у Сугуру внезапно на тридцатиградусной жаре похолодели руки, потому что он испугался. Испугался того, как впервые не понял по другу, правду тот говорит или лжёт. Настолько они стали друг другу чужими. // Фикс-ит. Сатору переживает свою войну тем летом, и только вместе они могут друг друга вытащить.

С тех пор, как человеческий гнев обрушился на Господа, мир начал рушиться. Япония погрязла в беспределе, а власть имеющие только и делали, что наживались на бедах бедняков. Никто больше не верил в необходимость добра, и даже ангелы стали не более, чем игрушками в руках злодеев. Их ловили, мучили и продавали на аукционах за огромные деньги, и признаться, иногда их покупкой промышлял и Гето. Но однажды одного шестиглазого ангела увели у него прямо из-под носа… К сожалению, он не умел сдаваться.

2в1 моих хедканона. Мне кажется, что если бы не переломный разговор между Юки и Сугуру, то парень бы не смог вылезти из депрессивного состояния и совершил самоубийство

У Юджи есть дар. Ну, как дар, скорее проклятие, но, учитывая последние события его жизни, использовать именно это определение... Ну, вы понимаете. Суть в том, что он видит призраков. И самое (не)смешное в призраках то, что они каждый раз пытаются использовать его в своих целях. Посему, наученный горьким опытом, Юджи хранит свои способности в тайне. Только вот... Что это за красивый длинноволосый призрак рядом с Годжо-сенсеем? И почему он утверждает, что у него есть тело, если должен быть мертв?

— Ты… ты не похож на остальных монстров. Оно засмеялось: — Мы не монстры, Сугуру, мы проклятья. — глаза закружили вокруг него. — Ты такой интересный. Никогда раньше не видел манипулятора проклятьями. — Манипулятор проклятьями? Что это значит? — Твои маленькие друзья. Ты их монстрами называешь? Они проклятья, Сугуру, и ты их контролируешь. — А ты… ты тоже проклятье? — неуверенно спросил он. — Ага. А ты маг. Или Жизнь тысячелетнего проклятья Годжо и сильнейшего мага своего времени Гето.

Странно, конечно, что к своим двадцати восьми Годжо впервые оказался в секс-шопе. Но вообще-то, существуют доставка и интернет-магазины, понятненько?

Годжо просыпается в ванне, в воде, которая окрашена кровью. Как... он сюда попал? Пожертвовав своей жизнью, чтобы навсегда запечатать Сукуну, он меньше всего ожидал оказаться именно здесь. Годжо сначала думал, что попадет в ад или даже в рай! Он отчаянно пытался глотнуть воздуха в пустой ванне, где только звук воды составлял ему компанию. Было ясно, что что-то не так, очень не так. - История, рассказывающая о жизни Годжо, когда он пытается привыкнуть к странному миру со своими правилами. -

Забавный факт - Сатору не умеет плакать. Грустить. Жаловаться. Пускаться в причитания и чрезмерную рефлексию - в конце концов, Сильнейшему не положено заниматься такой хернёй, верно? Но иногда случаются события, которые выбивают из колеи даже его. В такие дни, после работы, он долго стоит у порога собственного дома, не решаясь зайти и, наконец, позволить себе быть обычным человеком. Сатору и Сугуру здесь оба преподаватели в колледже. Сугуру не совершал массового убийства.

У Годжо острый язык, комплекс Бога и вовсе не божеские фетиши. У Гето слабеющие нервы, иссякшее терпение и возможность исполнить чужие желания.

Что будет, если на одном маленьком острове окажутся шестьдесят тонн оружия, два элитных военных отряда, огорчённый дон мафии, безумный наркобарон, вёрткая крыса-информатор, лучший-мать-его-наёмник и пара несчастных возлюбленных? «Катастрофа», — ответите вы. «Обычный уикэнд», — возразит Сатору Годжо.

История о том, как Гето Сугуру после своей смерти получает второй шанс. Ему снова пять лет и только ему решать каким будет в этот раз финал этой истории.

Когда очередной гон Годжо проходит предсказуемо плохо, Гето решает взять всё в свои руки.

Не только у Юджи Итадори есть свой внутренний мир. И не только у Юджи Итадори есть существо, посаженное меж рёбер под замок, как в клетку. - Если бы я мог, то с удовольствием отправил Сатору Годжо именно сюда – вы были бы чудесной компанией. Голос Кэндзяку на самом деле совершенно не похож на голос Сугуру Гэто. Но только сам Сугуру Гэто об этом и знает.

Одной-единственной спички достаточно, чтобы устроить пожар. Одного-единственного желания хватит, чтобы уничтожить или возвеличить мир. А одна-единственная капля крови способна пробудить жажду и страсть. || вампирское au, в котором охотники и вампиры сосуществуют вместе, опасно балансируя на грани войны и мира, а появление Годжо Сатору может спутать обеим сторонам все карты и отвести внимание от истинного зла, затаившегося во тьме.

Гето Сугуру не остановил Годжо Сатору. Годжо Сатору не остановил Гето Сугуру. Они, два самых сильных шамана своего поколения, были заодно, когда объявили войну всему роду человеческому и выпустили пар, хранившийся в молодых телах, на тех, кто пытался помешать им вершить справедливость любыми средствами, оправдывающими цель.

У них на выяснение причин и продумывание плана часа два. Должно хватить, чтобы собрать чемоданы. Должно хватить, чтобы пересечь границу. Чтобы разочароваться в друг друге окончательно. Чтобы расстаться. (Или au, где Гето обращается к Годжо после того, как вырезает деревню)

Первое, что приходит в голову, не самое верное, но все же первое: мышцы. Сплошные мышцы. Широкие плечи и собранные в тугую дулю волосы. Нет, не в тугую: несколько прядей выступает, и он убирает их назад своей белой-белой ладонью. Он обнажен по пояс, и Годжо даже не уверен, этот ли факт выбивает его из колеи. Он прекрасно знает, что прекрасным может быть любое тело, будь оно женское или мужское. Но все желание стирать этот клуб с земной поверхности внезапно пропадает у него.

— Но если сенсей плохо себя чувствует, то мы должны о нём позаботиться, разве нет? — в сомнении сказал Юджи, самый светлый ребенок на свете. — Лучше добить, чтоб не мучался. — промычал устало Сугуру и поднялся с места, чтобы развести лекарство. Сбоку согласно закивала Нобара.

Им всем пришлось учиться жить заново. Девочкам — привыкать доверять людям, Сугуру — взвалить на себя бремя отступника и предателя, вставшего костью поперёк горла всему магическому миру, Сатору — метаться меж двух огней, без возможности сделать правильный выбор. /Ещё одно альтернативное видение сатосужьих встреч на протяжении десяти лет./