Мы, если честно, даже не знаем, что здесь написать. Это просто история одной семьи, крепкой мужской дружбы, история из прошлого. Это просто подарок для вас, дорогие читатели, и, наверное, для нас. С наступающим Новым 2017 Годом вас!

Драконы, фениксы и семарглы давно исчезли с лица земли. Феи прятались в густых лесах, русалки ушли на глубину. То, что ещё век назад было обыденностью, стало редким явлением, а лет через двадцать пять и вовсе чудом будет называться.

Это история о том, как через трагедию люди находят семью. О надежде, о светлом будущем, о вере в лучшее. Санкт-Петербург 2007 года, стандартное бытовое убийство, какие случаются чуть не каждую неделю. Яну Завадскому нужно думать о том, как похоронить маму, посадить отчима и оформить опеку над младшим братом. И помощи ждать, кажется, неоткуда, кроме как от следователя, что занимается этим делом.

– Не самый плохой подарок, – полувопросительно сказал Марк и осторожно, едва касаясь, огладил кончиком пальца набухший рубец.

Двое мальчишек примерно семи лет носились на улице, когда один из них упал и начал хныкать, второй его успокоил: - Не плачь, до свадьбы заживет. - Да когда ж мы уже ПОЖЕНИМСЯ?!!! Мальчики растут, дружат, всегда вместе, практически братья, но любовь, которую они начинают чувствовать друг к другу, совсем не братская. Да и коронная фраза "до свадьбы заживет" проходит красной нитью через их жизнь.

Было на удивление тихо, все улеглись спать от опьянения и усталости, а я бродил в полутьме, ища Вику. Открыл тогда дверь в случайную комнату и так и замер. Витя, тот, что парень Вики, целовал какого-то другого парня!

Я отсчитывал последние дни до окончания учебного года, чтобы, наконец, прекратить свои мучения. Но неожиданно ты оказался в том школьном туалете с лезвием в руках. Я бы никогда себе не простил, если бы ушёл, так и не заговорив с тобой. Ведь, как оказалось, ты — лучшее, что случилось в моей жизни.

В выпускной год к нам перевелся раздражающий новенький, и наша руководительница, как назло, посадила его со мной за одну парту. Нет, подумал я, нам с ним не ужиться. Никогда и ни за что. Потом ещё оказалось, он живёт в соседнем доме, и банки бобов эти ненавистные... Но обо всём по порядку, пожалуй.

Говорят, весна — страшное время перемен. Тогда что такое лето? И бывает ли оно последним? Самым-самым, после которого и ты, и всё, что вокруг тебя, становится иным. Настолько иным, будто и не было никакой жизни до.

История, начавшаяся как надежда на светлое будущее и завершившаяся её крахом. Да, их прошлая история закончилась. Но это не значит, что однажды, под шелест молодой, едва распустившейся листвы, сквозь пелену весенних ароматов вместе с расцветающей природой они не напишут новую.

Мы стояли посреди территории завода. Он обнимал меня, а я – пакет с хлебобулочными изделиями, что втиснулся меж наших тел. История одного лета, большой любви и моей юношеской глупости.

Дорогу вспомнил, утро раннее, прохладное. Как уезжали и в такси мутило бесконечно. Он окна опустил, голову к себе на колени. Сквозняк, шум... Потом до квартиры на руках. Туалет, ванная... Тошнило несколько часов. Миша то воды, то таблетки какие-то, и ни звука — молчит, молчит, молчит. А я реву. Сказать ничего не в состоянии. Язык онемел, заплетается, и опять тошнит.

Феи нужны только талантливым. Для простых людей достаточно тех, с кем можно изредка спорить, заведомо чувствуя свое превосходство, а потом снисходительно трахать глупенькое и неразумное существо. Это придает людям уверенности, а тебя за это считают милой…

Обычно о том, что мы были счастливы понимаем только когда счастье уходит, но в тот раз, оно было таким звонким и очевидным, что я, уже тогда жмурясь от сентябрьского солнца понимал, что ничего прекраснее в моей жизни не случится.

А личико у рыжего, надо заметить, было премиленькое… Этакая неброская, но безоговорочная идеальность, за которой может таиться что угодно: и добродетель, и вселенское зло. На такую мордашку можно смотреть часами. Жаль только, что вот мозгом видимо природа красавчика обделила. «Модель, - мысленно поставил диагноз Матвей, - только что с подиума первый раз в реальный мир рухнул…» И одет как-то примечательно: то ли ночью на даче пугало обобрал, то ли с показа высокой моды вырвался.

Я нарисую крылья, чтобы ты смог летать. Или буду носить на руках, катать на спине до тех пор, пока тебе не надоест.

Из года в год, ты пишешь и отправляешь письма, которые возвращаются обратно.

— Давай ебацца, — заманчивое предложение от туловища, которое сейчас само с себя спортивки стащить не может.

Когда-то все были равны, но потом появился человек...

Пока вокруг крепчает пиздец, Даня снимает порно-стримы, Лёша с травы переходит на мефедрон, а Игорь просто пытается выжить, сохранив при этом человечность. Прошло семь лет, и беды вчерашних школьников превращаются в серьезные проблемы, которые грозят разрушить то единственно важное, что у них было — любовь. Рассказ о злости и бессилии.